Масленица и прощеное воскресенье в традициях терско-гребенских казаков.

%d0%bf%d0%b8%d1%87%d1%83%d0%b3%d0%b8%d0%bd

З.Пичугин Иллюстрация к повести Л.Н. Толстого «Казаки»

Сырная неделя или Масленица была горячо любима казаками, как время веселья, разгула и игр перед строгим и длительным Великим постом. Масленицу на Тереке справляли с большим размахом и удалью. В годичном кругу тяжелых работ, неустанных хлопот и сурового полувоенного быта, гулянья на Сырной неделе были для станичников долгожданным событием, полным радости и временной беззаботности. Масленицу «ждут и встречают, как дорогую гостью; ее празднуют так широко, что даже один из дней ее называется широким четвергом. Ее провожают со скорбью и тужат о ней. О воздержании в дни Масленицы и помину нет, а всякий думает лишь о веселии и угощении» [1].

Как же отмечали Масленицу терские и гребенские казаки? В станицах Кизляро-Гребенского полка была широко распространена забава «взятие города», которая заключалась в следующем: «Несколько девушек и молодых женщин становятся в ряд около дома на завалине или на другом возвышенном, открытом месте, и каждая держит в руках длинную и значительно толстую хворостину. Это они устроили «город», который должны «взять» наездники-парни, упражняющиеся в это время в джигитовке и других акробатических шутках, бывающих причиной изуродования физиономии, искалечения рук и ног, повреждения «нутра» и т.п.» [2]. После того, как молодые казаки, вдоволь поупражнялись в джигитовке, они приступают к «взятию города»: парень должен не только максимально близко подъехать к девушкам, но и выдержать их удары хворостинами. Победитель получал вознаграждение в виде поцелуев каждой из красавиц. «Вот еще мчится один молодец, надвинув шапку на глаза, чтобы защитить лицо от царапин; конь смело подбежал к девушкам, и всадник почти прикоснулся к ним своим плечом. Конечно, «город» взят; все девушки опустили прутья и подставляют по очереди свои розовые губки к губам удальца; он всех их перецеловал, нагибаясь с лошади, и, довольный своим успехом, поехал назад» [3]. Взятие «городов» продолжалось в гребенских станицах вплоть до конца Сырной недели – прощеного воскресенья.

В станице Наурской излюбленным развлечением на масленичных гуляньях была джигитовка, в которой могли участвовать, кстати, не только мужчины-казаки, но и женщины-казачки. «На второй, третий и четвертый день Масленицы устраивается еще своеобразный маскарад. Все молодые казаки, а иногда и женщины, нарядившись в изысканные костюмы, выезжают на площадь, где производятся различного рода военные упражнения, скачки и джигитовка» [4]. В станице Ардонской конные соревнования устраивались в конце недели, в субботу: «несколько удальцов выезжают верхом на лошадях на большую улицу; сюда собирается много любопытных. Некоторые богачи кладут на землю деньги или какие-либо предметы. Джигиты на полном скаку лошади нагибаются и достают добычу»[5]. Масленичные гулянья, как и любые празднования на Кавказе, сопровождались стрельбой из ружей и плясками: незамужняя и неженатая молодежь танцевала лезгинку.

Традиционным блюдом казаков в Сырную неделю были блины, которые пеклись и жарились казачками ежедневно. В Наурской помимо блинов пекли ватрушки, в Ардонской — жарили орешки, в ряде станиц Терской области было принято делать вареники с сыром и творогом. В станице Ищерской девушки пекли блины в складчину, ходили друг  ко другу в гости и устраивали «посиденки». [6].

В конце Сырной недели станицы затихали. «На следующий день, то есть в воскресенье, картина изменяется: стрельба, крик и вообще всякий шум стихают; родственники и хорошие знакомые ходят друг ко другу прощаться» [7]. Наступало прощеное воскресенье, предшествовавшее Великому посту — времени скорби, покаяния и воздержания. «В воскресенье вечером всякие игры прекращаются, и начинается хождение «просить друг у друга прощения». Такое хождение за прощением продолжается целую ночь и только утром, в понедельник, прощавшиеся возвращаются, наконец, по домам» [8]. Обряд «прощания» в среде гребенских казаков имел некоторые особенности, продиктованные патриархальным укладом жизни их семей. «Родственники, младшие по летам, непременно должны прийти проститься в дом старших, иначе последние обидятся: дочь идет к «матушке и батюшке», зять — к тестю и теще, а внучки — к «дедушке». Придя в дом и посидев немного, младшие молятся Богу и кланяются один раз в ноги старшим, чтобы те простили их, если по слабости человеческой были когда-нибудь недовольны, и затем целуются. «Господь простит, нас простите Христа ради!» — отвечают старшие, но сами не кланяются в ноги младшим» [9].

«Прощаниями», которые затягивались порой до поздней ночи, таким образом, завершалась шумная и разгульная Сырная неделя. Время радости сменяло время воздержания, как в питье и пище, так и во всевозможных увеселениях.

Автор: Екатерина Гобозова. Искусствовед, преподаватель истории искусства.

Источники:
[1], [5],[7] — СМОПМК: Поверья, праздники, песни и сказки в станице Ардонской Терской области. А.Гусев, 1893 год.
[2], [3], [9] — Терское казачье войско. А.А.Ржевуский, 1888 год.
[4] — СМОПМК: станица Наусркая Терской области. П.А.Востриков, 1904 год.
[6], [8] — СМОПМК: станица Ищерская, составлено на основании данных, представленных учительницами Бутовой и Лысенко, 1893 год.

При перепечатывании ссылка на сайт dikoe pole.com обязательна.

Рудиченко Т.С. Воинские элементы в обрядах жизненного цикла донских казаков.

 

DSC_7577.jpg-1

Т.С.Рудиченко

Наличие элементов различных сфер воинской культуры в обрядах и фольклоре донских казаков неоднократно отмечалось краеведами и исследователями дореволюционного периода (Е. Н. Кательниковым, А. И. Ригельманом, В. Д. Сухоруковым, И. Тимощенковым, М. Н. Харузиным и другими). Их сохранение в современной редуцированной обрядности подтверждено полевыми исследованиями и нашло отражение в публикациях Т. Ю. Власкиной, Б. Н. Проценко, Т. С. Рудиченко, М. А. Рыбловой, А. П. Скорика, С. В. Черницына, А. В. Ярового и ряда других.

При фиксации и описании обрядов внутреннего быта воинские элементы авторами не всегда выделялись, соответствующим образом идентифицировались и интерпретировались, что служит основанием специального их изучения.

Цель настоящего исследования заключается в выявлении воинских элементов и определении их принадлежности к тем или иным компонентам традиционной культуры. Его материалом послужили опубликованные труды и данные полевых исследований 1970–2010-х гг. Нами рассматриваются универсальные обряды жизненного цикла, знаменующие периоды рождения, взросления, вступления в брак, завершения жизненного пути и не рассматриваются собственно воинские обряды (проводы и встреча казаков), также относимые рядом исследователей к жизненному циклу [1].

DSC_8051.jpg-1

В обрядах, связанных с рождением, социализацией и воспитанием ребенка (мальчика), отмечены действия, проявляющие его гендерную принадлежность, участие в них коня, а также использование различных предметов – оружия, одежды и составляющих военной амуниции, обмундирования. К таковым относятся, в первую очередь, манипуляции магического характера, направленные на регулирование пола желаемого младенца. В этих целях под постель и подушку подстилали или клали соответствующие предметы – мужские штаны, шинель и даже оружие [10, с. 434].

Ожидающее новорожденного военное будущее всячески подчеркивалось на всех этапах его роста и социализации. Подарками «на зубок» со стороны мужской части рода и общины было оружие и его комплектующие: лук, стрела, ружье, патрон пороха, пуля [11, с. 109].

Будущий казак поэтапно проходил посвятительные обряды (инициации). В ранний период такую роль выполняли  пострижение и сажание отцом сына на коня с объявлением его казаком. В дореволюционной литературе временная приуроченность этих действий характеризуется по-разному. В одних источниках фиксируется прикрепление к 40 дню (после возвращения матери с младенцем из церкви по принятии очистительной молитвы) [11, с. 109–110], в других – к появлению первого зуба: «Отец, надев на него свою шапку, сажает его верхом на своего оседланного коня и в этот момент первый раз подрезает ему чуб» [2, с. 49]. Перед семейным пиром мальчика возили в церковь, и чтобы из сына вырос храбрый казак, служили молебен Иоанну-воину.

В наши дни традиция продолжается. Потомки донских казаков, особенно проживающие в крупных городах, привозят мальчиков на ежегодно организуемые при участии Федерации боевых искусств традиционные военные состязания «Шермиции», проводимые, как правило, на священном для казаков месте – Монастырском урочище близ станицы Старочеркасской и приуроченные ко дню памяти великомученика Георгия; в казаки посвящаются чаще дети до трех лет; пострижение, выполняемое за пределами общественного празднества, отделено от посажения.

Сыновья находились под опекой матери в раннем возрасте. М. Н. Харузин отмечал, что о них, вообще, больше заботится отец, приучающий понемногу к верховой езде и полевой работе, покупающий необходимые для службы вещи [14, с. 120].

Юношеские инициации для казаков имели особое значение, так как являлись испытанием физической и психологической готовности к военной службе. По определению А.К. Байбурина целью инициации было прояснение гендерных признаков и установление искусственной границы в «биологической постепенности» [1, с. 63].

В связи с этим представители исполнительной власти во главе с войсковым атаманом объезжали территорию, осуществляя перепись малолетков, устраивая сборы. В. Д. Сухоруков описал такие сборы в районе главного городка донских казаков – Черкасского. На них присутствовали атаманы, старики, малолетки из 20–30 станиц «в полном вооружении и на лучших конях» [11, с. 114]. В период от двух недель до месяца юноши совершенствовались в верховой езде, стрельбе на скаку, джигитовке, бое плетьми, переплывали в полном вооружении реку. Затем устраивались состязания, по результатам которых лучшие получали поощрительные призы от атамана – оружие, уздечку и др. Успешно проходя испытание, они переходили в другую возрастную и социальную группу служилых казаков приготовительного разряда.

В свадебных обрядах донских казаков в сравнении с другими версиями ритуалов данного вида, важную организующую и регулирующую роль играли представители мужской части общины. На ранних этапах становления социума брачно-регулирующую роль выполнял казачий сбор на майдане (браки и разводы, закрепляемые по обычному праву «на сборе») [3, с. 35; 14, с. 74]. Впрочем, сообщалось, что семьи могли создаваться и по инициативе атамана [14, с. 74]. Свое место в ритуале занимали возрастные группы неженатых молодых и служилых казаков, стариков.

Вооруженные команды верховых казаков (храбрая команда, храбрый поезд, верховые поезжане), сопровождавшие жениха в пути за невестой и к венчанию, упоминаются в описаниях начала XIX, и экспедиционных материалах последней трети XX века. В период малочисленности на Дону храмов, они обеспечивали безопасность «свадебного поезда» на пути в монастырь для венчания. Позднее, следование свадебного поезда в сопровождении возглавляемого дружко вооруженного отряда всадников более отчетливо воспринималось как участие в обряде страты молодых казаков-воинов. М. Н. Харузин отметил, что в прежние времена по сведениям казаков станицы Верхне-Курмоярской «сопровождавшие князя поезжане и скачку устраивали (выделено мною – Т. Р.), но теперь это вывелось из употребления» [14, с. 145]. Движение поезда сопровождалось стрельбой в воздух [3, с. 35] и воинскими песнями: «В пути верховые поезжане, в которые дружко с женихом стараются подобрать лучших песенников, играют большею частью походные, строевые песни, исторические подъемного характера, перемежая их со всякими другими (военно-бытовыми, былинными) песнями» [4, с. 214]; «впереди плетью командует запевала» [Там же, с. 215]. А. М. Листопадов также отмечал, что верховые поезжане у двора невесты, сопровождая песню «Вьюн на воде» «боевыми выкриками и стуком в дверь» [Там же].

Естественно, что до 20-х гг. XX века поезжане-мужчины облачались в военное обмундирование: «Казачье – фуражка, из под нее чуб торчит, штаны с лампасами, зимой сапоги-„дудки“» (ст-ца Краснодонецкая). На женихе «чекмень или шинель напашку» [4, с. 49]. Дружко имел при себе плеть, являющуюся как предметом управления конем, так и по сопричастности, его атрибутом. Стуком плетью в ворота и двери он оповещал о приезде жениха, «творил молитву» и просил разрешения войти.

В 90-е гг. XX века и начале нынешнего XXI такой «храбрый поезд» составлялся из машин, и сопровождался стрельбой из окон. Вполне возможно, что наличие в донской свадьбе «храброго поезда» не имело общего распространения [7, с. 93].

Наряду с мужскими группами действовали и отдельные чины, такие как посланец, разведчик-посланец [4, с. 160, 161] или вестовой [14, с. 149], в той же роли посыльного, что в службе и на казачьем кругу. Он извещал стороны о предстоящих действиях, вел переговоры, тем самым осуществляя не только коммуникативную, но и организующую функцию. М. Н. Харузиным зафиксировано именование партии жениха войском [14, с. 115], а сватовства войной: «У нас на этот раз войско не в сборе, то милости просим обождать, не начинать войны» [14, с. 122]. А. М. Листопадов называет «войском» поезжан [4, с. 50], а выход партии жениха к невесте «походом» [4, с. 49].

Особая роль в свадьбе, как и в других обрядах жизненного цикла, отводилась коню. Помимо упоминавшегося «поезда», имевшего и практическую функцию, действия всадников на коне нередко были чисто символическими. Въезд в сени «бабы на коне» в хут. Ведерниковском и ст-це Митякинской маркирует статус новобрачной как «молодухи», ее готовность к рождению ребенка и семантически тождествен выражению «на коня села».

Возможно, более универсальный характер имела символика коня в обрядах третьего свадебного дня. От матери невесты с утра выходила процессия с «блинцами» и запеченной курицей («горбунком») на завтрак молодым и сватам. Свашка ломала курицу, распределяя жертвенную «долю», таким образом: «лодыжки» – отцу и матери жениха, белое мясо – молодым. Остов курицы заворачивала в блин и дарила дружку «кобылу». Восстановление целостности символа плодородия – курицы, именуемой «кобылой», является весьма архаичным элементом обряда и вызывает ассоциации с имитацией целостности коня в курганных захоронениях кочевников [7, с. 94].

Во время сборов свадебного поезда за невестой «окружив коня, игрицы играют песню, в то время как друзья жениховы заканчивают расцвечивание конского убора» [4, с. 211]. В исполняемой песне «Да во тереме огни горят» описывается последовательность действий по приготовлению коней к свадебному поезду. Для жениха и невесты, по сообщениям информантов, убирали линейку, блонкарду /тачанку (т. е. военную повозку). При встрече молодых на подворье жениха в окрестностях Луганской станицы по сообщению М. Н. Харузина «молодых обводят вокруг телеги 9 раз, причем князь каждый раз бьет пристяжную, а потом жену. После того его заставляют поцеловать жену также 9 раз» [14 с. 149].

Расплетание косы на две также символически связывается с управлением «кобылой» [7, с. 94]. В церемонии именуемой «невесту бабить» родственники жениха и сваха подергивают косы невестки («вожжи»), чтобы молодая не уходила.

Приготовление, запрягание и распрягание лошадей при завершении свадебного пира характеризует этикетную сторону казачьих застолий. На разъезд отец жениха запевает песню «В маменьки росла», в которой объясняются необходимые действия молодой жены. На словах – «гостей угощу» – «сват говорит: „Распрягай!“ – и гульба продолжается снова» [8, с. 24].

Среди предметов, имеющих в свадьбе символическое значение, оружие – пистолет, шашка. Они фигурируют в описании М. Н. Харузиным выкупа невесты. Сидящие рядом с ней братья имеют в руках «державу („костыль“) – плетку, обшитую золотом и украшенную серебряными бляшками, или же пистолет и шашку» [14, с. 146]. В различных эпизодах ритуала, как уже упоминалось, использовалась плеть. М. Н. Харузин сообщает о том, что в былое время у казаков «было в обычае, чтобы княгиня разувала князя, у которого в правом сапоге она находила плетку» (в данном случае иносказательно указывающую на необходимость подчинения жены мужу). В окрестностях станицы Луганской ударяя плетью по подушке, молодой имитировал побои жены [14, с. 152].

В полевых материалах из хут. Мещеряковского и Мрыховского вместо обычного прохождения в дом под преломляемым «встречным караваем» («подходить под каравай, «подклоняться под каравай»), молодые проходят «трое ворот»: «под шашками, под фуражками и под караваем». Интерес представляет преимущественное положение в ценностной иерархии казачьих атрибутов и символов и подчиненное – символа плодородия каравая.

В погребальных и поминальных обрядах, конь служил своеобразным медиатором-посредником, сопровождавшим хозяина в иной мир. При погребении казака коня вели под уздцы неправильно оседланным (задом наперед). Отголоском существовавшего в древности обычая погребения всадника с конем можно считать опускание в могилу подковы. Как и в современных ритуалах погребения воинов над могилой звучали залпы ружейных выстрелов.

Свидетельства наблюдавшихся воинских поминальных ритуалов на Монастырском урочище оставил для нас А. И. Ригельман. Оно отсылает нас к древней традиции конных состязаний на похоронах [12]: «Всякий год на оном кладбище в субботу сырной недели поминовение по убитым делают <…> по отслужении над оными усопшими панихиды ездят и поют, поют и потом бегают и скачут на конях, и делают из того для экзерции своей настоящее рыстание…» [6, с. 76].

Это описание в важных деталях совпадает с более поздними, известными по публикациям в донской периодике, фиксирующими наличие данного обряда в станицах Луганской [5], Раздорской. «Еще в начале XX века жители Раздорской ежегодно ранней весной по звону колокола собирались на площади и со знаменами по льду направлялись к Старому городку, где троекратной ружейной стрельбой отдавали дань памяти предкам. [Воротившись] в станицу, устраивали скачки на лошадях и угощенье» [13, с. 46]. Полевыми исследованиями подобная традиция поминовения отмечена в ст-це Усть-Быстрянской.

Уже приходилось писать о том, насколько широко применялась в обрядах жизненного цикла, в частности свадебном, связанная с воинской культурой лексика [9]. «Сидением» называют ожидание свадьбы просватанной невестой (вспомним осадные сидения, или сидения – дежурства казаков в правлении), движением «в цепи» – шествие девушек к невесте и т. д. В обряде проводов на службу в кругу близких родственников отец благословлял иконой становившегося на колени сына и наставлял его: «Не посрами казачьей чести» [15, с. 62–63]; такой же словесной формулой провожали жениха к брачной постели.

Таким образом, анализ наличия воинских элементов показал, что в обрядах жизненного цикла они представлены достаточно полно и выявлены в родинном, инициационных, свадебном, поминальном, погребальном обрядах. О казачьей  воинской специфике свидетельствует:

– включение в обряды составляющих социальной организации (сбора, круга) и отражение половозрастной стратификации общины;

– наличие ролей и статусов (персонажей), являющихся этносоциальными маркерами «храбрая команда» (отряд верховых казаков) в обряде перехода; вестовой или посланец (в сходных со служебными функциях);

– использование атрибутов и символов социальной группы – оружия, одежды, предметов амуниции;

– участие в обрядах коня как сопричастного казаку и медиатора между мирами;

– осуществление действий магической и знаковой маркирующей функций (стрельба в воздух в ходе движения свадебного поезда, вокруг могилы при погребении казака; скачки в свадебной и поминальной обрядности);

– пение воинских песен верховыми казаками (во время движения свадебного поезда, а в прошлом поминальных обрядов) и свадебных песен с «боевыми выкриками»;

– присутствие специальной военной лексики для номинации обрядовых актов, предметов, персонажей.

Как видим, своеобразие донским обрядам жизненного цикла придает важная роль в них групп казаков, и атрибутов мужской культуры.

Т. С. Рудиченко (Ростов-на-Дону)

 

Литература

 

  1. Байбурин А. К. Ритуал в традиционной культуре. Структурно-семантический анализ восточнославянских обрядов. СПб., 1993.
  2. Быкадоров В. К. Былое Дона. СПб.,1907.
  3. Кательников Е. Н. Были донской станицы // Донские казаки в походе и дома. Ростов н/Д, 1991. С. 31–55.
  4. Листопадов А. М. Старинная казачья свадьба на Дону // Песни донских казаков. Т. 5. М., 1954. С. 33–297.
  5. Пономарев С. Луганская станица (Этнографический очерк) // ДОВ. 1876. № 50.
  6. Ригельман А. И. История о донских казаках. Ростов н/Д, 1992.
  7. Рудиченко Т. С. Особенности свадебного ритуала казачьих поселений юга Донецкого округа (по экспедиционным материалам) // Итоги фольклорно-этнографических исследований этнических культур Кубани за 1999 год: Дикаревские чтения (6). Краснодар, 2000. С. 91–95.
  8. Рудиченко Т.  С. Пение и песня в казачьем этикете // Музыковедение. 2005. № 1. С. 20–25.
  9. Рудиченко Т. С. Специальная лексика акционального и персонажного кодов донской свадьбы // Вопросы этномузыкознания. 2014. № 4 (9). С. 6–14.
  10. Рудиченко Т. С. Рыблова М. А. Традиционная культура казачества в XIX – начале XX века // Очерки истории и культуры казачества Юга России. Волгоград, 2014. С. 424–471.
  11. Сухоруков В. Д. Общежитие донских казаков в XVII и XVIII столетиях

// Историческое описание Земли войска Донского. Общежитие донских казаков в XVII и XVIII столетиях. Ростов н/Д, 2005. С. 79–131.

  1. Топоров В. Н. Конные состязания на похоронах // Топоров В. Н. Исследования по этимологии и семантике. Т. 1. Теория и некоторые частные ее приложения. М., 2005. С. 539–578.
  2. Фрадкина Н. Г. Станица Раздорская. Из донской топонимики // Богатый колодезь. Историко-краеведческий альманах. Вып. 1. Ростов н/Д, 1991. С. 45–46.
  3. Харузин М.Н. Сведения о казацких общинах на Дону. Материалы для обычного права. Вып. 1. М., 1885.
  4. Черницын С. В. Обычаи и обряды донских казаков, связанные с воинской службой // Памяти А. М. Листопадова. Ростов н/Д, 1997. С. 59–68.

Опубликовано в сб. Война и воинские традиции в культурах народов Юга России. V Токаревские чтения. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Ростов-на-Дону: Альтаир, 2016. С.12-18.

При перепечатывании материала ссылка на сайт dikoepole.com обязательна.

Мечётинские шермиции 10 сентября 2016 года.

DSC_7997.jpg-1

Администрация Зерноградского района,

Мечетинского с/поселения

ДРОО Федерация казачьих воинских искусств «Шермиции»

Мечетинский юрт Черкасского округа

 «Всевеликого войска Донского»

                       Приглашают

10 сентября в станицу Мечетинскую

на IV юртовой этноспортивный, казачий праздник «Мечетинские шермиции – 2016»

(посвященный 145-летию со дня рождения знаменитого казачьего оружейника Дона Ф. В. Токарева)

В программе:

10.00 – 11.20

ул. Токарева           — Урок памяти и славы «Им гордится Дон и вся Россия (Ф. В. Токареву) библиотека семейного чтения

11.30 -12.20                     

Центральный сквер — «Да будет камень сей залогом любви и благодарности к земляку».аллея Героев славы     Закладка камня под будущий памятник патриарху стрелкового оружия  Ф. В. Токареву

12.40 – 16.00            — «…Да не застынет в нас кровь казачья навеки…» :

 правый берег  р.Мечетка            Молебен.

  Шермиции: Рубка и фехтование на шашках; Фехтование на пиках; Борьба на ломка, Кулачки; метание дротика; игра в «Царя», игра в борьбу за знамя и другие казачьи забавы и состязания.

-Фестиваль казачьей песни и танца с участием местных коллективов и гостей праздника.

Выставка «Страницы истории, культуры, быта донских казаков» из фондов музеев Зерноградского района, п. Целина, ст. Егорлыкской, из семейных архивов. Выставка народных умельцев. «Казачья лавка».

Всех ждет традиционное угощение казачьей ухой и выпечкой.

Приезжайте, приходите на праздник всей семьей!

Терско-гребенской женский казачий костюм: формирование в пространстве северокавказской культуры, самобытные особенности костюма, проблемы сохранения в рамках фольклорно-сценической культуры.

Малкина Екатерина Ивановна, искусствовед, преподаватель истории искусства МБОУ ДО «ДХШ г.Кузнецка».

Национальный костюм является неотъемлемой частью материальной культуры любого народа. Это не просто предмет прикладного искусства или красивая вещь, служащая эстетическим потребностям человека. Безусловно, национальный костюм призван олицетворять, в том числе, и представления о красоте у того или иного этноса, отвечать его вкусам, привычкам и соответствовать образу жизни. Однако не менее важной задачей национального костюма является выражение индивидуальности и самобытности культуры не только определенного народа, но и региона или даже местности. Иными словами, костюм способен подчеркнуть «не похожесть» различных народов или этнических групп внутри одного народа, указать на их самобытность, но в тоже время и обозначить взаимосвязь культур нескольких народов, их взаимное влияние и взаимопроникновение.

Весьма интересным в этом отношении является комплекс костюма терско-гребенских казачек, распространенный в станицах Кизляро-Гребенского и Горско-Моздокского полков. Специфика быта, материальной и военной культуры казаков определяется, с одной стороны, длительным проживанием по соседству с кавказскими народами и заимствованием некоторых элементов их культуры: ношение черкесок у мужчин, искусство джигитовки, использование оружия горских мастеров и т.д. С другой стороны, не смотря на соседство казаков с кавказскими горцами, влияние последних отразилось отнюдь не на всех сторонах их жизни. Народная культура терцев и гребенцов сохранила целый ряд самобытных черт. Примером этому могут служить: свадебный обряд, традиции празднования календарных дат, песенная культура, а так же комплекс женского казачьего костюма.

Проблема самобытности терско-гребенского женского костюма особенно актуальна в наши дни. На волне популяризации казачьей культуры и повышенного интереса общества к казачеству, ряды песенно-танцевальных коллективов стремительно пополняются ансамблями, позиционирующими себя «казачьими». На территориях исторического проживания казаков появляются многочисленные диаспоры и этнические общины, состоящие из потомков, в том числе, и терско-гребенских казаков. И та, и другая среда являются в наши дни единственными, где возможно найти применение национальной одежде. В этом отношении на руководителях фольклорных коллективов, художниках по костюму и мастерах-реконструкторах лежит колоссальная ответственность: в зависимости от их деятельности костюм будет либо предан забвению, либо обретет новую жизнь в современном мире. К сожалению, устоявшееся мнение о том, что казаки, придя на Кавказ, полностью переняли культуру горцев, зачастую является определяющим в работе над женским терско-гребенским костюмом.

1

Рис.1. Костюм гребенской казачки. Северный Кавказ, Терская обл. XIX в. С.-Петербург.

В связи с этим мне представляется крайне необходимым проведение сравнительного анализа одежды терско-гребенских казачек и одежды горянок, и выявление их основных сходств и различий. В рамках статьи будут рассмотрены образцы одежды конца XIX-начала XX веков, наиболее часто имитируемые фольклорными коллективами в наши дни.

 

  1. Начать разговор о терско-гребенском и кавказском женском костюме следует с кроя платья у горянок и бешмета у казачек. До середины XIX века, а в праздничной одежде и значительно позже, для пошива женского кавказского платья использовался покрой мужской черкески. У некоторых народов, как, например, у карачаевцев, и платье, и черкеску даже именовали одним и тем же словом — «чепкен»[1]. Бешметы казачек в этом смысле не были исключением — они так же кроились по принципу черкески. Разницу между одеждой казачек и горянок составлял крой юбки. На терско-гребенских бешметах и фуфайках юбки шились с запахом и имели по краям треугольные вставки, которые образовывали складки (рис.1). Полы юбки горских платьев либо шились «стык в стык», либо расходились, образуя разрезы, в которые были видны рубаха и полы кафтанчика (рис.2).
2 а

Рис.2а.Костюм знатной кабардинки. Северный Кавказ, Кубанская обл. XIXв. РЭМ, С.Петербург.

Начиная со второй половины XIX века, когда на Кавказ в больших количествах стали завозиться не дорогие и легкие фабричные ткани, женщины получили возможность экспериментировать с кроем и вносить в традиционные фасоны небольшое разнообразие. Так, на фотографиях горянок второй половины XIX-начала XX в.в. можно увидеть распашные отрезные по талии платья и закрытые платья с юбками из клиньев, юбками в сборку, юбками со вставкой от талии до подола и т.д. [2] Что же касается кроя казачьих бешметов и фуфаек этого периода (кон.XIX-нач.XX в.в.), то он остается неизменным, напоминающим покрой мужской черкески.

 

  1. В костюме терско-гребенских казачек отсутствуют ложные лопатообразные рукава, которые бытовали в одежде адыгских женщин, осетинок, абазинок и карачаево-балкарок (рис.3, рис.4). Их наличие было обосновано, во-первых, нормами кавказского этикета и необходимостью прикрывать руки женщины во время обрядовых танцев и массовых празднеств. Во-вторых, «богато расшитые нарукавные подвески, часто наиболее нарядный элемент одежды, служили своеобразным свидетельством богатства и знатности их обладательницы»[3],простолюдинка могла позволить себе носить лопатообразные полости на рукавах только в праздничные дни, дворянка или княгиня — значительно чаще. И в том, и в другом случае эта деталь одежды указывала на «праздность, возможность не работать: кратковременную — для большинства (свадьба, праздник) или постоянную для высших сословий»[4].
2 б

Рис.2б. Костюм знатной кабардинки. Фрагмент. Северный Кавказ, Кубанская обл.XIX в.РЭМ, С.-Петербург.

Что же касается женщин восточного Кавказа, а именно чеченок, ингушек и кумычек, то на фотоснимках конца XIX-начала XX в.в. очень часто встречаются рукава разрезные от локтя или плеча, образующие на платье своего рода «крылья» (рис.5). Рукав такого типа не редко встречается и у осетинок, соседствующих с вайнашками. Свою актуальность у ингушек разрезной рукав сохранял весьма длительное время, вплоть до первой трети XX века, что подтверждают фотоснимки ингушских невест этого периода. В наши дни рукава этого типа очень активно используются в пошиве костюмов для терских казачьих общин и ансамблей, что в корне противоречит традиционному крою терско-гребенского женского костюма.

 

3

Рис.3. Кабардинка из рода Баташевых, вт.пол.XIX в.

 

Рукава бешметов гребенских казачек в более ранний период были либо узкими с отворотами (такой тип рукавов чаще встречался в более ранний период), либо плавно расширялись от плеча к кисти. Иногда край широкого рукава делали скошенным, как на рис.1. Рукава фуфаек были узкими, но короткими, выше локтя (рис.6).

4

Рис.4. Кабардинка-дигорка. Владикавказ, 1911.

Подтверждением этому служат многочисленные фотоснимки гребенских казачек, акварельные изображения казачек Г.Гагарина и Е.Лансере (рис.7, рис.8), а также этнографические описания терско-гребенской женской одежды: « гребенички носят: кафтан (он же называется бешметом), фуфайку, которая отличается от бешмета тем, что рукава ее делаются только по локоть, бешмет же имеет рукава длинные по кисть, с отворотами»[5]. В станице Бороздинской, согласно описанию Е.Бутовой, комплекс костюма казачек состоит из рубахи с широкими рукавами, юбки, распашки («юбка с лифом и треугольным вырезом на груди, рукава распашки только немного длиннее локтя»[6]), фартука, душегрейки и бешмета или фуфайки, где «кафтан (или бешмет) длинный, со множеством сборов у пояса и с длинными рукавами; фуфайка — тоже что и кафтан, но с рукавами до локтей»[7]. Бешметы поверх юбок и рубах с широкими рукавами носили и в станице Наурской. В качестве украшения рубах казачки использовали кружево, которым обшивались края рукавов: «Из под широких рукавов бешмета выходили еще более широкие рукава с кружевной отделкой исподней кофточки»[8]. Примером использования кружева в декорировании рукава рубахи так же служит фотография гребенской казачки станицы Червленой 1870-80 г.г. (рис.9).

5

Рис.5.Ингушка. Втор.пол.XIX-нач.ХХ в.

  1. Одно из ключевых отличий костюма терско-гребенских казачек с костюмами северокавказских женщин состоит в головных уборах. Типологически головные уборы горянок условно можно поделить на три группы: а) шапочки разнообразных типов и фасонов, которые носили женщины, преимущественно на западном Кавказе; б) платки и шали, имеющие распространение по всему Кавказу;  в) чухта — основной вид головных уборов у представительниц народов Дагестана.

Высокие шапочки с закругленным верхом носили знатные адыгские, карачаево-балкарские и абазинские женщины; шапочки в виде усеченного конуса носили осетинки и частично ингушки; низкие шапочки с плоским дном бытовали у адыгских женщин (рис. 10, 11). Платки и шали носили на Кавказе повсеместно. В национальном костюме чеченок и кумычек в рассматриваемый нами период шапочки отсутствовали, и представительницы этих народов носили исключительно платки и шали, завязывая их разнообразными способами (рис.12).

6

Рис.6. Гребенская казачка конец XIX — нач.ХХ века.

Что же касается чухты, основного головного убора дагестанских женщин, то, в общих чертах, она представляла собой следующее: «… прикрывала голову,  плотно охватывая верхнюю часть лба и, как правило, свисала с затылка вниз (по спине) в виде накосника, в одних случаях до талии, в других — до подола платья»[9] (рис.13).

Головной убор замужних терско-гребенских казачек по своему внешнему виду и структуре не имеет ничего общего с предметами одежды, описанными выше. Он, скорее, аналогичен кичкам и сорокам — сложным, составным головным уборам женщин южнорусских губерний. Итак, замужние казачки носили весьма замысловатый убор, состоявший из: подкосника («род кренделя, набитого ватой»[10]), который надевался на прическу из двух кос; сорочки («нечто вроде очипка»[11]), надеваемой поверх подкосника;  небольшого платка-стягаша, в свою очередь, надевавшегося, на сорочку;  платка-ширинки — верхнего большого платка, завершающего эту сложную и довольно интересную конструкцию (рис.14, 15). Такого рода убор носила каждая замужняя казачка поверх прически из двух кос, наложенных друг на друга и собранных на темени. Девушки-казачки заплетали одну косу и носили стягаш с ширинкой, девочки и вовсе ходили с не покрытой головой.

  1. В костюме терско-гребенских казачек отсутствовал сложный структурированный орнамент, в отличие от одежды кавказских женщин. Змеевидные, растительные и геометрические мотивы, симметрично расположенные на определенных участках кавказского костюма, играли не только декоративную, но и сакральную роль, выполняя функцию оберега. В качестве материалов для украшения платья горянки использовали: галуны, шитье золотом и серебром, нашивные металлические украшения, тесьму, а в начале XX века и кружево[12]. Система расположения вышитого орнамента на платье была следующей: по бокам разреза юбки от талии до низа подола, по бокам выреза платья на лифе, по краю или низу рукава, на лопатообразных лопастях. Вышитый орнамент так же широко применялся в украшении шапочек у черкешенок, ингушек и осетинок (рис.16).

Костюм терско-гребенских казачек, в отличие от кавказского или, например, южнорусского, не имел орнамента в строгом понимании этого слова. Украшениям казачьего костюма мог служить рисунок на ткани или галунный шнур, которым обшивались, как правило, дорогие бешметы, сшитые из бархата или атласа. На примере костюма гребенской казачки с фотографии № 17 мы видим, что галунным шнуром обшиты края запаха и подола юбки бешмета, края скошенного рукава и вырез на лифе. Орнамент, как таковой, отсутствует, если не считать небольшие цветы, симметрично расположенные у края выреза на лифе и по краям рукавов, по одному цветку на каждом рукаве.

13

Рис.13 Дидойцы. На фото женщина-дидойка в традиционном головном уборе «чухта». Горный Дагестан, начало XXв.

Минимализм в орнаментике отнюдь не портит терско-гребенской костюм, не делает его скучным, невзрачным и т.д. Казачки, славящиеся своим щегольством, умело дополняли лаконичную в плане декора одежду ювелирными изделиями. «Бешмет подпоясывался серебряным поясом, а на груди нанизывались на цепочку серебряные монеты»[13], — пишет об украшениях модниц станицы Наурской П.А.Востриков. Более подробный перечень ювелирных украшений, бытовавших у гребенских казачек, приводит А.А.Ржевусский: «На шею вешают палевые янтари, крупные и мелкие, а также коралловые и другие бусы с припайкою к ним серебряных монет; носят также цепочки серебряные, старинные, с большим восьмиконечным крестом. В ушах носят серьги тоже старинные, большие, серебряные с чернью, а также и более новой, европейской работы»[14].

  1. В продолжение разговора об особенностях терско-гребенского женского костюма и его различиях с одеждой горянок, следует упомянуть о том, что на Тереке казачки не носили шаровары. В отличие от кавказских женщин, татарок, калмычек, турчанок и казачек нижнего Дона. Об этом упоминает А.И.Руновский в своих «Записках о Шамиле», где дает оценку внешнему облику чеченок и казачек, и сопоставляет предметы их одежды: «казачки не носят шальвар, что, впрочем, отнюдь не портит их костюма»[15].

Отсутствие этого, казалось бы, не значительного предмета одежды в костюме терско-гребенских казачек обращает на себя внимание. Ведь на огромных территориях, включающих Крым, Закавказье, Северный Кавказ и Дон, представительницы всех проживающих там народов, носили шаровары согласно турецко-татарской моде, и лишь казачки Терека являются в этом отношении исключением.

  1. В традиционном терско-гребенском костюме отсутствовали нагрудные застежки, которые сегодня так часто имитируются в костюмах песенно-танцевальных казачьих коллективов и участниц терских казачьих общин и диаспор. Металлические застежки в кавказском костюме «прошли путь от собственно застежек к их имитации — украшениям»[16]. Изначально они крепились на кафтанчике, который носился под верхним платьем. В вырез платья на груди были видны ряды горизонтальных застежек. Позднее (в середине XIX века) кафтанчик преобразовался в нагрудник без спинки и рукавов, и застежки стали выполнять исключительно декоративную роль.
20

Рис.20. Казаки станицы Щедринской. На бешмет молодой женщины стоящей слева, нашиты характерные для терско-гребенских казачек застежки.

Застежки или «азиатские петли»[17] у терско-гребенских казачек пришивались по краю борта бешмета на бархатную или сафьяновую основу  и обшивались галуном. Располагались петли-застежки чуть выше талии, иногда в качестве украшения их пришивали по обоим краям выреза бешмета (рис.18,19,20). Терско-гребенские застежки значительно короче горских. На фотоснимках гребеничек конца XIX — начала XX в.в. наиболее часто встречаются небольшие горизонтальные застежки, которые, так же можно увидеть и на фотокарточках чеченок этого периода (рис.21). На акварелях Г.Гагарина изображены застежки, вероятно, более ранней формы — в виде «огурца» (см. рис.7).

21

Рис.21. Молодые чеченки. Фото второй половины XIX века.

 

В качестве украшений казачки носили бусы из янтаря и коралла разной величины, серебряные цепочки с восьмиконечными крестами или нанизанными монетами, «бешмет подпоясывался серебряным поясом»[18], а в ушах носили серьги «старинные, большие, серебряные с чернью, а также и более новой, европейской работы»[19]. Ношение казачками кавказских серебряных поясов является одним из немногих компонентов, который роднит костюм гребенских мамук с одеждой горянок.

Таким образом, подводя итоги данного сравнительного анализа, мы пришли к выводу: костюм терско-гребенских казачек является уникальным предметом прикладного искусства Северо-Кавказского региона. Проблема его бытования в наши дни требует очень серьезного глубокого изучения и значительного переосмысления. Мастерам по пошиву национальной казачьей одежды необходимы так же базовые знания в области костюма кавказских горцев: черкесов, абазин, карачаево-балкарцев, осетин, вайнахов (чеченцев и ингушей), народов Дагестана.

Создание этнографически точно сшитого костюма, не возможно без детального изучения музейных подлинников, изобразительных источников в виде фотографий и графики XIX-XX вв., а так же письменных источников в виде научных монографий по истории костюма кавказского региона и описаний в дореволюционных изданиях. В противном случае, традиционной одежде терских и гребенских казачек грозит уход в небытие, полное забвение и абсолютно не заслуженное вытеснение не качественными и неверными с этнографической точки зрения образцами одежды.

 

 Литература

 

[1] Е.Н.Студенецкая. Одежда народов Северного Кавказа XVIII-XX в.в.. М.,1989 г.

[2] Там же.

[3] Там же.

[4] Е.Н.Студенецкая. Одежда народов Северного Кавказа XVIII-XX в.в.. М.,1989 г.

[5] А.А.Ржевусский. Терское казачье войско, 1888 год.

[6] СМОПМК: станица Бороздинская Терской области, Е.Бутова, 1889 год.

[7] СМОПМК: станица Бороздинская Терской области, Е.Бутова, 1889 год.

[8]  СМОПМК: Станица Наурская Терской области, П.А.Востриков, 1904 год.

[9] Булатова А.Г., Гаджиева С.Ш., Сергеева Г.А .»Одежда народов Дагестана. Историко-этнографический атлас», 2001 год.

[10] А.А.Ржевусский. Терское казачье войско, 1888 год.

[11] СМОПМК: станица Бороздинская Терской области, Е.Бутова, 1889 год.

[12] Е.Н.Студенецкая. Одежда народов Северного Кавказа XVIII-XX в.в.. М.,1989 год.

[13] СМОПМК: Станица Наурская Терской области, П.А.Востриков, 1904 год.

[14] А.А.Ржевусский. Терское казачье войско, 1888 год.

[15] А.И.Руновский. Записки о Шамиле, 1860 год.

[16] Е.Н.Студенецкая. Одежда народов Северного Кавказа XVIII-XX в.в.. М.,1989 г.

[17] А.А.Ржевусский. Терское казачье войско, 1888 год.

[18] СМОПМК: Станица Наурская Терской области, П.А.Востриков, 1904 год.

[19] А.А.Ржевусский. Терское казачье войско, 1888 год.

Все права защищены. Ссылка на сайт Дикое поля обязательна.

ПОЛОЖЕНИЕ о проведении Георгиевских шермиций 7-8 мая 2016 года.

ZPz5vARsBpE

 

Культура донских казаков является неотъемлемой частью общечеловеческой культуры. Уникальным явлением казачьей культуры выступают шермиции – широкомасштабные состязания, часто устраивавшиеся по различным поводам: календарным праздникам, проводам и возвращению из похода, военно-траурным обрядам. В духовной культуре казаков шермиции занимают особое место, поскольку являются механизмом передачи культурного опыта, укрепляют межпоколенные связи, выражают собой различные формы адаптивно-упреждающего поведения. Шермиции исторически являлись примерными состязаниями, подающими пример подрастающему поколению, которые проходили верхом и пешком, включали в себя конные и фехтовальные игры, воинские обычаи и обряды. В этих своеобразно и красочно обставленных обрядах и обрядовых играх отрабатывались многие элементы техники и тактики ведения боя, в них народ демонстрировал жизнестойкость и жизнеутверждающее начало, выявлял лучших и достойных, вырабатывал образцы поведения для подражания. Шермиции служили ядром единения народа, воспитания этнической идентичности и сохранения этнической культуры.

1.Цели и задачи игр:

— сохранение народных праздников и воинских обрядов донских, кубанских, терских, уральских и других этнических групп казаков казаков;- воспитание подрастающего поколения и молодежи на основе многовековых народных традиций казаков; — сплочение граждан на основе интереса к познанию национальных и самобытных традиций и обычаев своего и других народов, воспитание чувства национального достоинства, социальной справедливости, патриотизма и ответственности за судьбу страны

— сохранение культурного наследия народов Юга России, развитие единого культурного пространства и укрепления культурных связей между субъектами Российской Федерации, демонстрация общности и богатства духовной культуры различных этнических групп казаков.- пропаганда физической культуры и этноспорта, привлечение населения к здоровому образу жизни;- создание условий для сохранения этнодвигательности и этнической культуры казаков;- сохранение и популяризация традиционных игр казаков в местах их компактного проживания;

В настоящее время шермиции являются эталоном традиционной воинской культуры казаков, включающим в себя ритуальную часть, связанную с поминовением и чествованием предков, со старинными воинскими обрядами, традиционными играми и состязаниями. Шермиции помогают сохранить исторические корни, ценности и традиции казаков. Праздник шермиций на которые приезжают представители различных национальностей и других этнических групп казаков являет пример культурного общения и взаимообогащения народов Юга России.

2.ОРГАНИЗАТОР СОРЕВНОВАНИЙ 

«Союз Шермиций»

3. МЕСТО И СРОКИ ПРОВЕДЕНИЯ

«Гергиевские шермиции-2016» проходят 7-8 мая в Ростовской области, Аксайском районе, на Анненской крепости возле станицы Старочеркасской. Начало игр 7 мая в 10.00. ч. Заезд на шермиции 6 мая в течении всего дня.

4. ТРЕБОВАНИЯ К УЧАСТНИКАМ И УСЛОВИЯ ИХ ДОПУСКА

Участниками шермиций могут быть как казаки, так и приглашенные представители соседних народов, с которыми казаки жили бок о бок не одно столетие, и которые имеют во многом схожие воинские традиции и обычаи. Допуском к шермициям для казаков является словесность, которая включает в себя знание своих родовых корней; легенд и фольклора той местности, рожаком которой участник является; умения играть песни и исполнять народные танцы, умения владеть традиционным оружием – кинжалом, пикой и шашкой, стрелять из традиционного лука.

Словесность включает в себя вопросы на знание и умение обращаться с традиционным оружием казаков – пикой, шашкой, луком; на знание правил игр и состязаний. Словесность проходят все присутствующие казаки, участвующие в любом из видов шермиций.

На соревнования участники прибывают в своем национальном костюме, указывающем на принадлежность участника к той или иной этнической группе казаков или соседствующего с ними народа, со своим оружием. Для приглашенных гостей игр наличие национального костюма своего народа является важным условием допуска к участию.

Перед выходом на бойное место судья вправе потребовать от участника демонстрацию стойки, защитных и атакующих действий шашкой и пикой, при незнании которых участник к состязаниям не допускается или удаляется с бойного места.

Допуск к Словесности осуществляется на основании письменной заявки организации, заверенной врачом, документов удостоверяющих личность и спортивной страховки. Напоминаем, что национальные игры казаков являются мужскими состязаниями.

Представитель команды участницы на шермиции должен явиться вместе с Положением, которое будет являться пропуском на игры.

5. ВОЗРАСТНЫЕ ГРУППЫ

 Возрастные группы традиционные: казачата (группа А – 10-11 лет; группа Б- 12-13 лет; В- 14-15 лет), кужата – 16-17 лет, малолетки – 18-20 лет, казаки – 21-40 лет; старики – старше 41 года. Казачата до 9 лет включительно проходят обучение и соревнования на детской площадке.

6. ВИДЫ СОРЕВНОВАНИЙ.

6.1. ПЕШИЕ СОРЕВНОВАНИЯ (в возрастных группах).

1) «Казачата» 10-11 лет «Словесность», «Бег взапуски», «фехтование шашками».

2) «Казачата» 12-13 лет «Словесность», фехтование шашками, рубка одиночных мишеней, фехтование на пиках.

3) «Казачата» 14-15 лет «Словесность», фехтование шашками, рубка полосы мишеней, фехтование на пиках.

4) «Кужата» 16-17 лет «Словесность», фехтование шашками, рубка полосы мишеней, фехтование на пиках, метание дротика.

5) «Малолетки» 18-20 г. «Словесность», фехтование на пиках, рубка полосы мишеней, метание дротика, фехтование на шашках.

6) «Казаки» 21-40 лет «Словесность – тех.часть, рубка сложной полосы мишеней, фехтование на пиках, фехтование на шашках, метание дротика, рубка одиночных мишеней.

7) «Старики» от 41 года. Рубка сложной полосы, Рубка одиночной мишени (игра «в кабака»), Мастерская рубка, фехтование на пиках.

Примечания. Правила соревнований по фехтованию на пиках и шашках изложены на сайте «Дикое поле». Перед соревнованиями проводится жеребьевка, которая определяет пары на один вид, проигравший в паре – выбывает. Словесность также рассматривается как состязание, к судейским старикам подходят по два человека, им задают вопросы Словесности, если один отвечает, а второй нет, то второй снимается с игр и идет на площадку для мастер-классов. При отобранной возрастной группе находится Судья возрастной группы, который ведет ее по всем видам состязаний. Судье помогает писарь. «Бег взапуски» проходит среди пары, задача которой добежать до конца полосы для рубки и обогнув вешку, вернуться первым назад. Метание дротика производится на дистанции (5)10 м. по мишени, лежащей на земле. Для рубки одиночных мишеней для стариков предусмотрена игра «в кабак». На подставке устанавливается кабак, вокруг становятся участники и все поочередно совершают по нему удары. Если рубящий совершает удар больше вершка или промахивается, то он покидает площадку. Остается один победитель.

Для мастеров предусмотрена мастерская рубка – на этой рубке первый мастер заявляет упражнение, которое пытаются повторить остальные мастера. Когда упражнение повторяется, то тот кто повторил его первым – предлагает свое упражнение. Не выполняющие упражнение – покидают бойное место. Пока не остается один победитель.

При прибытии команды на шермиции с собой необходимо везти лозу и пластиковые бутылки.

6.2. ТУРНИР ПО ПЕШЕЙ СТРЕЛЬБЕ ИЗ ТРАДИЦИОННОГО ЛУКА.

6.2.1. Руководство проведением турнира. Общее руководство организацией и проведением турнира осуществляет оргкомитет Шермиций. Непосредственное проведение соревнований возлагается на Пшеничнова И.В., президента клуба стрельбы из лука «Таргитай».

6.2.2. Условия проведения турнира.

Соревнования лично-командные, проводятся раздельно среди казачат до 16 лет и казаков старше 16 лет в соответствии с утверждёнными правилами турнира по стрельбе из лука. Стрелки выполняют  упражнения – согласно правилам турнира.

6.2.3.Правила турнира

Дистанция стрельбы ‑ 12 метров.

Соревнования проходят в 2 тура.

В  первом туре, по кольцевой мишени, все участники соревнований совершают три серии по три выстрела в каждой серии. Таким образом, каждый участник совершает в первом туре по 9 выстрелов. Очередность стрельбы определяется по жребию.

Во второй тур проходят те участники, которые набрали не менее 25 очков. Все участники второго тура также совершают три серии по три выстрела в каждой серии.

По окончании стрельбы судейская коллегия суммирует очки, набранные участниками в обоих турах, и объявляет суммарный результат.

Побеждает лучник, набравший наибольшее количество очков.

В случае равенства очков у двух или нескольких участников претендующих на место победителя, призера или на получение поощрительных призов, между ними производится перестрелка.

В этом случае два (три и т.д.) участника набравшие одинаковое количество очков производят по три выстрела по мишени. Очередность устанавливается по жребию.

Лучник, набравший большее количество очков занимает более высокое место. Если промахнулись оба (все) стрельбу начинают заново все претенденты. В случае равенства очков среди участников, не претендующих на призовые и поощрительные места, перестрелка не проводится.

6.2.4. Описание мишени.

Стандартная мишень FITA 40см состоящая из пяти зон, разделенных еще пополам.

Мишень установлена так чтобы от земли до центра ее было 150см.

Очки от центра к краям от 10 до 1.

При задевании стрелой разделительной линии засчитывается наибольшее очко.

6.2.5. Снаряжение лучника:

Лучники должны быть одеты в казачью национальную одежду. В соревновании допускается использование луков только традиционного типа.

Стрелы должны использоваться только с натуральным оперением и спортивным наконечником.

Не допускаются любые типы прицелов, стандартные и самодельные.

Выпадение стрелы из лука во время заряжания лука, дальше чем на метр от линии рубежа считается промахом.

6.2.6. Заявки. Заявки участников, заверенные врачом и командирующей организацией, предоставляются в комиссию турнира в день проведения турнира.

6.3. Конные соревнования.

Конная часть Шермиций включает в себя Традиционные конные игры и Конные состязания, которые могут быть как одиночные так и командные. Состязания проводятся на прямой боевой дорожке, длиною 100м, огороженной верёвочными ограждениями, с дополнительным участком для разгона. Состязания включают в себя владение традиционным оружием и джигитовку. Традиционные игры (скачки, преодоление препятствий, охота за зверем, борьба на конях, свободное стойло или другие) проводятся на скошенном поле.

6.3.1. ДОПУСК.

К конным состязаниям допускаются казаки с 14 лет, в национальной одежде, уверенно овладевшие верховой ездой и традиционным оружием. Оружие для состязаний, мишени для поражения и конный состав обеспечивают организаторы игр. Участие в состязаниях на своём коне и со своим оружием приветствуется. Осмотр конного состава и допуск участников осуществляет судейская комиссия накануне состязаний.

Разрешается использовать лошадей любых пород старше 4-х лет с традиционной казачьей конной амуницией. Запрещается использование нетрадиционных приспособлений, таких как шпоры, хлысты, мундштуки, пелямы, хакаморы и т.п., а так же спортивных сёдел всех типов. В некоторых играх всадники участвуют на неосёдланных лошадях.

За грубое отношение к коню и неумелые действия с оружием участник может быть отстранён от состязаний. За неумелые действия, приведшие к повреждению оружия или коня, участник может быть привлечён к материальному возмещению нанесённого ущерба.

6.3.2. ВИДЫ СОСТЯЗАНИЙ.

Владение пикой, владение шашкой, стрельба из лука, джигитовка.

Мишени для поражения: соломенное чучело, лоза, верёвка, глиняный конус (или пластиковая бутылка с водой). Мишени устанавливаются на специальных стойках, на уровне пешего или конного противника в любом порядке и количестве. Судейская комиссия, исходя из состава и готовности участников, определяет виды состязаний и количество мишеней для поражения. Участник последовательно поражает установленные мишени на максимальной скорости.

Джигитовка может быть вольная или обязательная. В состязаниях по Вольной джигитовке казак демонстрирует любые приёмы по своему усмотрению на максимальной скорости. К обязательной джигитовке относятся: езда стоя, соскок с посадкой в седло, подъём предметов с земли и увоз раненого товарища.

6.3.3. Определение победителей. Каждый участник сам определяет в каких состязаниях он выступает. Победители определяются в каждом виде состязаний по сумме поражённых мишеней или исполненных элементов джигитовки и награждаются традиционными призами. Возможно так же определение абсолютного победителя или команды–победителя по сумме призовых мест во всех видах состязаний.

6.4. СОРЕВНОВАНИЯ ПО КУЛАЧНОМУ БОЮ.

6.5. БОРЬБА НА ЛОМКА.

6.6. ФЕХТОВАЛЬНАЯ ИГРА «ЦАРЬ».

7. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОБЕДИТЕЛЕЙ СОРЕВНОВАНИЙ И НАГРАЖДЕНИЕ

Система проведения пеших соревнований – по вызову.

Победители определяются в пеших видах шермиций в каждой возрастной категории. Для стариков это призы за мастерскую рубку и фехтование на пиках – 1,2,3 место.

Для казаков и малолетков, кужат – последовательное прохождение всех видов состязаний – фехтование на пиках, фехтование на шашках, рубка полосы, метание дротика – на каждый этап жребием определяется противник, после каждого этапа выбывает проигравший, пока не остается три казака, которые определяют между собой 1,2,3 место.

Для казачат всех категорий соревнования проводятся в следующих дисциплинах – словесность (необходимо спеть, станцевать или рассказать стихи донских поэтов), необходимо рассказать об истории своей станицы, рода или войска, после словесности рубка одиночной мишени и фехтование на шашках на определение победителя, которым является одержавший наибольшее количество побед.

Приз получает казачонок первой возрастной категории, который сумеет поймат ящерицу и представить ее для опознания старикам в начале шермиций.

Отдельными призами отмечаются борцы в каждой возрастной группе и кулачные бойцы в каждой возрастной группе по решению судей, которые руководствуются исключительно критерием победы и стойкости в бою.

Командная победа добывается в игре в «Царя» победившая команда получает приз и грамоты участникам.

Отдельно оцениваются победители в пешей стрельбе из лука, в конной стрельбе из лука и конных ристаниях – 1,2,3 место в каждой дисциплине.

8. ФИНАНСОВЫЕ УСЛОВИЯ

Оплата расходов, связанных с организацией соревнований осуществляется на средства собранные казаками-участниками шермиций.

Страхование участников обеспечивают командирующие организации.

 9. ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ УЧАСТНИКОВ И ЗРИТЕЛЕЙ

9.1.Все присутствующие на играх обязаны соблюдать традиционное отношение к старикам, к судьям, к должностным лицам, а также помнить о том, что место на котором проводятся шермиции является священным местом почитания и памяти всех казаков Отечества.

9.2.Все участники и зрители обязаны на шермициях соблюдать правила техники безопасности при обращении со спортивным оружием, не нарушать ограждений площадок, не бросать и не брать без разрешения спортивный инвентарь и оружие, участники обязаны следить за своим снаряжением, за опрятностью внешнего вида.

9.3.В Анненской крепости необходимо строго соблюдать пожарную безопасность.

9.4.Запрещается купаться в водоеме.

9.5.На Шермициях объявляется запрет на агитацию и пропаганду политических движений, партий и призывы экстремистского содержания и символику.

9.6.На Шермициях объявляется сухой закон, распивать, торговать спиртными напитками запрещено.

10. ЗАЯВКИ НА УЧАСТИЕ

Заявки  на участие в шермициях необходимо предоставить не позднее 1 мая 2016г. по адресу: e-mail: zadonchina@yandex.ru

Настоящее Положение является официальным вызовом на соревнования.

11. ПРИЛОЖЕНИЯ

Краткие правила по видам шермиций.

Рубка предметов в пешем строю. Состязание состоит из рубки на бегу. Казак направляется к полосе для рубки и уколов на бегу. Цели располагаются двумя параллельными линиями – в трех шагах одна от другой – в шахматном порядке, мишенями являются лозы расположенные как вертикально, так и горизонтально, пластиковая бутылка с водой. Казаки по двое состязательно проходят полосу для рубки. Оценка. Побеждает тот, кто качественнее и быстрее прошел полосу. Качество оценивается исключительно на ноль и ударом по метке. Время прохождения учитывается в том случае, если участники прошли полосу с одинаковым количеством срубленных на «0» мишеней. Для последних двух категорий предусмотрена полоса с элементами преграды, и мишень для режущего удара.

Фехтование на шашках. Оружие для боя бывает двух типов: детское и взрослое с тактико-техническими характеристиками определенными Правилами шермиций. Все клинки могут быть как прямые, так и искривленные в зависимости от предпочтения участника. Допуск оружия к соревнованиям осуществляет Техническая комиссия. В качестве элементов защиты используется снаряжение для армейского рукопашного боя, шлем, перчатки, бандаж. Поединок: Бой начинается по команде: «Бой!» Бой ведется одной шашкой. Фехтуя шашкой, боец держит оружие в руке, одет в традиционный костюм и шлем прикрывающий лицо. Пытается нанести три удара. Во время боя боец должен применять допустимые атаки и защиты, комбинированные с прыжками и уклонениями. Одновременных атак нет. Шашку можно держать в любой руке, разрешено менять руку в течение боя. Допускается при защите клинком кратковременно воздействовать кистью своей руки на вооруженную кисть противника, с целью открытия зоны для атаки. Если боец получил удар, то он должен сделать шаг назад и поднять невооруженную руку, допускается переложить оружие из правой руки в левую. Боец, видя незащищенность противника должен остановиться. При нарушении благородного ведения боя, нарушитель немедленно удаляется с бойного места. Удар шашкой должен быть акцентирован. Беспорядочное размахивание оружием расценивается судьей как незнание основ ведения боя и участник дисквалифицируется.

Фехтование на пиках. Фехтование на пиках осуществляется оружием, напоминающим дротик, на боевом конце которого приделан смягчающий наконечник. Поединок: Бой пики против пики. Начинается по команде: «Бой!»  Фехтуя пикой, боец держит оружие в руках, одет в традиционный костюм и шлем. Пытается нанести три удара за поединок. Допускается при уколах наносить удар оружием, удерживаемым одной рукой. Для победы необходимо нанести четкий укол в голову, грудь, руку или ногу противника. Запрещен укол в горло и пах. При выходе на бойное место бойцы салютуют друг другу, судье и зрителям. При получении удара поднимают одну из рук.

«Борьба на ломка». Задачей бойцов является победа над противником броском (сваливанием, сбиванием). Ход и продолжительность схватки. Борьба начинается по команде «Бой!», а по команде «Стой!» завершается. Борьба начинается в центре ковра с обоюдного двойного захвата за пояса. Из данного положения борцы могут переходить на любой вольный захват, при этом допускается бросать одну руку, а вторую держать на поясе обязательно. Борьба проходит в стойке. Продолжительность поединка до победы или признанием ничейного результата. Если боец бросил захват двумя руками, ему засчитывается поражение. Запрещенные технические действия: — двойной захват за шею и голову; — болевые приемы в стойке на позвоночник, руки и ноги; — воздействие на коленный сустав не в плоскости его естественного сгибания; — бросок через грудь прогибом. Победа присуждается если – противник коснулся третьей точкой; – за выход за границу площадки; – отказ от поединка; – если один из бойцов бросил захват пояса двумя руками, ему присуждается поражение. Отсчет времени схватки начинается с команды «Бой!».

«Кулачный бой».  Задачей бойца является подавление соперника сбиванием ударом. Ход и продолжительность схватки. Перед началом боя участники становятся за линией бойного места. Судья бойного места становится в центре поля, боковые судьи занимают свои места. Поединок начинается командой «Бой!», завершается командой «Стой!».  Запрещенные зоны: пах, позвоночный столб, затылок, шея. Запрещенные действия: толчковая и бросковая техника, удушающие и болевые приемы. Защитное снаряжение: шлем для АРБ, ракушка, бинты и капа по желанию. Перчатки: 10-12 лет – 10 унций; с 12 лет и старше – 12 унций. Победа присуждается если: — один из бойцов коснулся третьей точкой бойного места; — выход одного из противников двумя ногами за границу бойного места; — в случае получения нокаута или нокдауна; — в случае получения 2 замечание за пассивность*; — в случае получения 2 замечание за нарушение правил; — технический нокаут (рассечение, внешнее кровотечение) (мазка). *Пассивность – не проведение атакующих действий.

Командная Игра «Царь». Участвуют две команды по пять человек,  в каждой команде выбирают «царя». Всем, кроме «царей» раздаются спортивные казачьи шашки (скш). Задача каждой из команд поразить СКШ(спортивной казачьей шашкой) «царя» противников, при этом защитить своего «царя». Участники защищаются и атакуют только спортивной казачьей шашкой, элементы борьбы не допускаются. Игрок, получивший поражающий удар скш поднимает невооруженную руку вверх и покидает поле.  Наносить удары в голову и пах запрещено. «Царь» может убегать и уклоняться. Соперники нанесшие одновременные  удары друг другу- покидают поле. Команда удаляется с поля и ей засчитывается поражение если игроки не соблюдают правил, ведут себя грубо и не этично по отношению к сопернику. Поле размером 16 на 22 метра. Судей четверо. Двое судей находятся в торцах  площадки. Судья находящийся в торце площадки  наблюдает за действиями игроков и при поражении «царя» дает сигнал свистком или флажком. Боковые судьи  наблюдают за площадкой и перемещаются вдоль всего поля. Судьи на поле не выходят.

Порядок прохождения видов определен Положением

Форма заявки

заявка на игры

Яблокова А. СВАДЕБНЫЙ ОБРЯД РАСПЛЕТАНИЯ КОСЫ

5a81aba7e7d9

Практически каждая традиционная казачья свадьба сопровождалась интересным обрядом расплетания невесте девичьей косы. Обряд этот имеет символическое значение перехода девушки в статус замужней женщины. В разных регионах именовали его по-своему и проводили по-особенному, но во всех случаях заключался он в распускании девичьей косы и одевании женского головного убора.

По описаниям Евлампия Кательникова в станице Верхне-Кумоярской на Дону, косу невесте расплетали после венчания, не выходя из церкви. С невесты скидывали девичью перевязку, расплетали косу на две, завязывали на голове и одевали кичку, на которую накидывали сальник так, что он завешивал и лицо молодой. Так невесту вели в дом вместе с новобрачным. Венчать без перевязки и кички считалось великим грехом. Кичка употреблялась до 1785 года, потом сменилась повойником, а впоследствии колпаком и простым платком.

Более поздние исследования фольклориста А.М. Листопадова рассказывают о том, что последний раз девичью косу невесте в донских станицах заплетали в день венчания после благословления родителей. Невесте-сироте косу наоборот расплетали, и к венцу она шла простоволосой. После венчания в доме жениха свашки закрывали новобрачных большим платком от глаз присутствующих, и также скрывшись за ним, распускали невесте девичью косу. Волосы разделяли надвое и каждую прядь заплетали в три косички «навынторот» (то есть наоборот, после венца плести «наверх» нельзя). В каждую косичку вплетали «коснички» и укладывали на голове в женскую прическу и одевали «колпак». Обряд этот назывался «повивание».

На Кубани в станице Бесленеевской косу невесте расплетали дома перед венчанием. С расплетенной косой невеста венчалась и участвовала в свадебном обеде. Вечером жених выкупал невесту и ее постели (приданое), после чего увозил ее к себе домой. Тут невесту свашки одевали в замужнюю. Сначала старались одеть ей на голову шлычку, которую невеста срывала и бросала под ноги, но свахи, перехватив его, одевали снова, а потом завязывали наметку из коленкора длинной около 2,5 метров.

Повивание новобрачной в станице Отрадной происходило в доме жениха после венчания. Сваха расчесывала молодой волосы, заплетала в две косы, одевала шлычку и повязывала сверх нее шелковый платок, а потом закрывала лицо другим платком. После повивания родители жениха говорили: «А ну, покажи, что ты за цацу взял?». Платок открывали и показывали молодую.

0TTcMq6jJms

Ансамбль Чапура. Сцена повивания невесты

В станице Расшеватской Кубанской области после венца повивать молодую ехали в ее дом. Сваха «развязывала» (раздевала) невесту, расплетала косу. В это время брат невесты брал нож и тупым краем резал ее, а дружко предлагал ее выкупить и давал несколько копеек. Брат невесты при этом торговался, говоря: «Нет, давай больше, а то коса наша, а девка ваша!», после чего получал прибавку и отходил в сторону. Свашка продолжала заплетать, а девушки пели:

 

Да не трубили трубочку

Рано на заре, —

Да сидела и Аннушка

Во высоком тереме;

Да и плакала Ивановна

По русой косе:

— «Да ни свет моя косушка,

Русая коса,

Да ни свет

Мой шелков укосничек,

Недоношенный,

Недострепанный –

Да отдать было

Подруженьке в косник –

Доносить,

Да отдать было любимой –

Шелков дотрепать.

Да спасибо

Григорьюшке Семеновичу (жениху),

Что прислал свашеньку

Не милостивую,

Не сговорчивую:

Начала мою косушку

И рвать, и метать,

На двое делить;

Косу плесть

У три плеточки,

Круг головушки

Весть, шлычку надевать,

Платком повивать.»

Интересен обряд повивания в станице Ладожской Кубанской области. После венчания, в доме жениха гости усаживались и выпивали. После третьей рюмки свашка просила благословления повить молодую у дружка, получив ответ: «Бог благословит», она снимала шапки с дружка и молодого, одну надевала на себя, а другую на подсвашку, снимала с шеи молодой серпанок, который дядька и подсвашка держали за концы напротив молодой, закрывая ее от окружающих. Сваха расплетала косу, разделяя ее на две пряди – из одной косу плела сваха, из другой подсвашка. Молодая в это время плакала. На уложенные на голове косы одевали шлычку, которую невеста трижды должна была скинуть. Когда шлычку все же одевали, ее покрывали платком и накрывали серпанком, закрывая лицо. Новобрачной преподносили зеркало и предлагали на себя посмотреть, но она с плачем отворачивалась. После повивания невеста целовала свашку и дружок просил гостей благословить невесту.

1geVez4iZ44

Казачья свадьба Дарьи и Владимира Кобяковых

В традициях некрасовских казаков голошение невесты расценивалось как момент «смерти девичьей души» и подчеркивался он головным убором невесты: на распущенных волосах — связка и девичий кокошник-сорока, что указывало на неопределенность ее социально-возрастного статуса. После «выкупа косы» женихом, в дом входила свашка жениха, которая передавала свашке невесты женский — «бабичий» — головной убор. Он состоял из «каука», поверх которого надевали шлычку, потом повязывали широкую, без украшений связку и покрывали уруминским платком. В церкви сваха и сват со стороны жениха снимали с молодой головной убор и заплетали две косы, которые закручивали вокруг головы, одевали шлычку и накрывали покрывалом — фатой. Венчали невесту в специальном покрывале с крестиком, поверх которого надевали венец. По прибытии в дом жениха свашка снимала с молодой венец и фату, одевала рогатую кичку. Затем свекровь трижды производила покрывание невесты «бабичьим» платком, которое называется «окручивание». Производилось оно так: платок снимался трижды и трижды прикладывался сзади к головному убору, чтобы ложился поперек. После окручивания свашка закидывала платок на рога кички и сзади привязывала его к мутозокам.

 

b0e1b8f8705c

Некрасовская невеста в рогатой кичке

 

В гребенских станицах обряд расплетания косы называли «преобразиться в бабу». К венцу невесту одевали подружки и свашка, которая заплетала ей косы. В станице Новогладковской невеста шла к венцу с непокрытой головой, закрытой вместе с лицом тюлью или шалью. Косу невесте развивали в часовне, из одной косы плели две, укладывали на голове «букли» и одевали женский головной убор «сорочку», который состоял из «подкоска» («калпака»), сорочки и шелковой алой «ширинки» (платка). На ногах у невесты были козловые сапоги с голенищами, которые дарил ей жених. Это было обязательным условием для того, чтобы невеста оделась к венцу.

AI21LTmWkfU

Казачья свадьба Дарьи и Владимира Кобяковых. Свашки.

Чтобы приготовить молодых из станицы Прохладной к отъезду, в дом жениха дружко вызвал мастериц «сдилать из кныша паляныцю (лепешку) – з дивчыны молодыцю», то есть убрать ее как следует замужней. Одна из мастериц снимала с головы невесты платок, срывала с него «рожеву квитку» и пришивала к шапке новобрачного, припевая:

 

Як була я швачка,

Из киян кияночка,

Шовкы закупала,

Квиткы прышывала.

Затем приступали к распусканию одной косы и заплетанию двух, сопровождая пением:

Мае коса, мае –

Васылю хусткы немае;

Сталы косу трипаты –

Васылю хустку даваты.

Невесте на голову одевали шлычку, брали белый платок и, ставши на лавку, три раза поднимали и опускали его над головами обоих молодых. С каждым разом мастерицы целовались и менялись платком молодой и шапкой молодого, которые все время оставались у них на головах. После третьего раза голову новобрачной повязывали платком, а жениха перевязывали через плечо платком его молодой жены. Похожий обряд записан в станице Почноокопской Кубанской области.

Ищерская свашка распускала невесте косу во время ее выкупа женихом. Для этого она выкупала место рядом с невестой у подсвашки и приступала к делу.

 

TDf3FncVH6E

Иллюстрация Светланы Наймушиной. Преображение невесты в бабу.

 

Обряд «расплетания косы» невест Урала и Оренбурга совершался накануне венчания. Посмотреть обряд приходили все желающие девушки. Родственники невесты распускали косу по очереди — каждый по прядке. После расплетения косы, мать невесты накрывала ей голову шалью. С этого момента девушка навсегда теряла право носить косу — символ девичества.

Описания этого обряда говорят нам о том, в каждой казачьей станице, даже одной местности, он был своеобразным и самобытным. При этом, не смотря на различия, во всех случаях прослеживается общий смысл прощания с девичьей свободой.

Примечания:

Перевязка – девичий головной убор ст. В.-Кумоярской, шапочка по форме головы, усаженная медными вызолоченными «япраками» (гвоздики) и «морьянами» (алые крупные смолистые бусы). По краям «перевязка» обшивалась серебристой или золоченой бахрамой. Из под шапочки по спине висела коса, с яркими лентами, лопастниками и мохрами с колокольчиками.

Кичка – женский головной убор донских казачек, шапочка, сделанная на твердой основе с короткими или высокими рожками (рогатые кички) или в форме большой треугольной лопаты. Некоторые виды кичек носились с сорокой и позатыльником.

Шлычка – женский головной убор казачек по форме чепца.

Связка – часть женского головного убора, полоска материи, прошитая или расшитая, повязывается на лоб.

Каука – наполненного овечьей шерстью валика из хлопчатобумажной ткани.

Мутозик – длинная завязка с кистью на женском переднике.

Колпак — старинный и наименее затейливый головной убор казачки, трикотажный, мелкосвязанный мешок в форме клина, с красной кисточкой у его вершины; Колпак одевался на голову, широкий край загибался внизу обшлагом и за этот обшлаг закладывался верхний конец, оставляя свободной одну кисточку.

Сорочка – головной убор гребенской замужней казачки. Представлял из себя чепчик, одеваемый на подкосок, поверх сорочки одевался стягаш (платок по типу косынки обычно алого цвета, завязывался на затылке) и ширинка (шелковый или батистовый платок с загибкой).

Уруминский платок – платок некрасовских казачек желто-красной расцветки с китьми (бахрамой) по краям, одевался, оборачивая один сложенный край вокруг головы.

Алена Яблокова

Источники:

  1. «Статистическое описание В. — Курмоярской станицы» Е. Кательников, 1818 г.
  2. Старинная казачья свадьба на Дону. А.М. Листопадов, 1947
  3. Станица Бесленеевская, Кубанской области, Майкопского уезда. — Петр Близнюков, 1888 г.
  4. Станица Отрадная, Кубанской области, Баталпашинского уезда. — Д. Иванов, 1888 г.
  5. Свадьба в стан. Ладожской, Кубанской области. М. Василькова, 1901 г.
  6. Абрамова Т. Традиционный комплекс женской одежды в свадебном обряде казаков-некрасовцев // Известия Ростовского областного музея краеведения. Вып. 6. Ростов-на-Дону, 1986.
  7. Из быта гребенских казаков. Ф.С. Гребенец, 1909.
  8. Станица Прохладная, Терской области, Пятигорского округа. С. Ф. Головчанский, 1893 г.
  9. Песни, поющиеся в станице Ищерской, Грозненского округа. Сообщ. учительница Бороздинского станичного училища, Е. Бутов, 1893 г.
  10. Караулов Михаил Александрович Материалы для этнографии Терской области. Говор Гребенских казаков. – 1902.
  11. Обычаи: казачья свадьба // berdskasloboda.ru

«Национальные истоки красоты» ( Les origines de la beauté)

3PrA_lkGaTM

Дорогие казачки!

Предлагаем Вам принять участие в некоммерческом художественно-документальном и исследовательском проекте об этническом многообразии человечества «Национальные истоки красоты» ( Les origines de la beauté). Цель проекта представить красоту женщин всех национальностей мира.

Каждая национальность представляется тремя девушками. Требования к участницам следующие:
— возраст 18-30 лет
— фотогеничность лица в анфас с минимум косметики
— некрашеные волосы (допускаются нерадикальные изменения оттенков)
— этническая принадлежность к одной национальности минимум в трех поколениях

Реализация проекта:
Фотопортрет — Единый стиль, кадр, крупный план в анфас, нейтральное выражение лица, минимум косметики или полное ее отсутствие.

Помимо портретов все девушки дают небольшое видео-интервью, и отвечают на одни и те же вопросы, помогающие узнать как формировалось и развивалось ее этническое
самосознание , как оно выражается в ее жизни, а также ее отношение к особенностям ее культуры и народа.

Для участия в проекте мы будем проводить конкурс. Для участия необходимо выслать нам свое фото в анфас крупным планом и ответы на следующие вопросы:
— коротко о себе, о семье (здесь нужно написать о принадлежности к казачьему народу в трех поколениях, из какой станицы).
— в какой момент ты осознала, что ты казачка?
— что для казаков особенно характерно ?
— как казачья культура проявляется в твоей жизни?
— расскажи о какой-нибудь традиции казаков
— что у тебя вызывает гордость в своем народе?
— что тебя расстраивает?
— фраза на родном языке.

адрес электронной почты для фото и ответов — apple886@rambler.ru (с пометкой : Заявка. Национальные истоки красоты)

Отбор участниц будет проводиться «Советом старейшин», куда войдут представители нашего народа старшего поколения. Более подробно мы сообщим позднее.

Заявки будут приниматься в течение месяца — до 10 августа 2015 года.

P.S. В связи с тем, что данный проект представляет девушек разных национальностей, казачки будут в нем представлены отдельным народом. Поэтому одним из основных критериев отбора будет четкое и твердое осознание себя казачкой как представительницы казачьего народа, а не русских, украинцев и тп. Подробнее смотреть здесь

Яблокова А. ОДЕЖДА ГРЕБЕНСКОЙ КАЗАЧКИ XIX ВЕКА

 С тобой одною Лермонтов вдвоём

Пел песню колыбельную…

Такую,

Что до сих пор растёт богатырём

Праправнук твой, о Родине тоскуя,

….

О, как любил тебя Толстой потом

(Ты на него тогда и не глядела),

И он жалел, что не был казаком,

Но ты никак об этом не жалела!

Отрывок из стихотворения .Н.Н. Туроверова «Казачка»

«Казачий Союз», г.Париж (Франция)

Любите ли вы народный костюм как люблю его я?! Народный костюм — это драгоценное неотъемлемое достояние культуры народа, накопленное веками.  Он развивался очень долго, тесно связан с историей и эстетическими воззрениями его создателей. Моя любовь к народной одежде началась с костюма гребенской казачки XIX века. Единого мнения о его формировании и развитии нет, ученые лишь вскользь упоминают, что костюм заимствован у местных жительниц, что влечет за собой ошибочные представления о костюме в целом.

Г2

Рис. 1. Гребенского казачьего полка поручик Федюшкин и его жена. рис. князя Гагарина Г.Г.

Изучение костюма не возможно без знаний истории его носителей. Гребенские казаки являются потомками рязанских казаков и новгородских ушкуйников[1], переселившись на Кавказ стали соседями вайнахских народов, и все эти обстоятельства повлияли на становление костюма гребенских мамук таким, каким мы его знаем.

Гребенские казачки были большими щеголихами[2], любили одеваться, но одежду берегли. Порой даже одевали прабабушкины фуфайку, бешмет или шубу, но каждая модница желала иметь и свой праздничный наряд.[3]  «Вся внешность казачки так и дышит изяществом, неподдельной грацией и сознанием своей очаровательности, проглядывающей в некоторой кокетливости, присущей всем без исключения казачкам.[4]» (П.Г. Малявкин)

Носили мамуки длинные до пят прямые или широкие с треугольными вставками по бокам рубахи. Рукава рубах были прямыми, шириной не менее 50 см в окружности, без манжетов, под рукава вшиты квадратные ластовицы. Воротник представлял собой небольшую стойку с вертикальным разрезом по центру. Такой крой одежды встречался как в Рязанской губернии, так и на Кавказе. Праздничные рубахи шили из красного канауса[5] или другой материи светлых оттенков, будничные – из ситца. Рукава рубах могли украшаться кружевной отделкой. Поверх рубах одевалась юбка до пят.

рубаха

Рис. 2 Рубаха. Рязанская губерния XIX век. Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник

Еще один элемент одежды гребеничек – Распашка. Она представляла из себя юбку с лифом и треугольным вырезом на груди. Рукава распашки были чуть длиннее локтя[6]. Одевалась она поверх рубашки с юбкой, подпоясывалась поясом (возможно именовался «кушаком»[7]). В описаниях гребенского костюма конца 19 века распашка уже почти не встречалась, вероятно, потому что вышла из обихода. Вероятно распашка являлась туникообразной одеждой, одевавшейся поверх юбки с рубахой по типу рязанской «шушки» или «навершника». Шушка считалась чистой одеждой, её надевали на похороны, носили во время траура, старух и девушек в ней хоронили. Её надевали, когда говели.[8] Она также как и распашка одевалась поверх рубахи, имела укороченные рукава, треугольный вырез на груди и подпоясывалась поясом.

Распашку можно увидеть в костюме казачки станицы Червленой на портрете кисти художника Гагарина. Из-под одетой сверху фуфайки видны только полы розовой распашки, ее рукава и красный пояс.

Частью будничной одежды как гребенички так и рязанской женщины был «запон» («фартух»).

Рязанская девичья __краса__ в шушке

Рис. 3. Девушка в шушке. Рязанская губерния. Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник

Бешметом (или кафтаном) именовалась верхняя плечевая распашная одежда гребеничек. Многие специалисты по народному костюму называют его кубельком. Однако этот термин не употреблялся самими гребенцами. В воспоминаниях старухи Е.Багдашкиной, записанных Карауловым М.А. указано — «Адета ана въ кафтане (в бешмете)…» [9] Фуфайки гребеничек отличались от бешметов только тем, что рукава шились по локоть[10].

Г1

Рис. 4 Казачка станицы Червленой, худ. Г.Г. Гагарин середина XIX века

Нарядные атласные или шелковые бешметы плотно облегали фигуру до талии  и были длиной ниже колен, чаще до пят. Бешмет имел треугольный вырез на груди до середины лифа, а порой и до пояса. Бешмет шился так, чтобы перед был гладким, а сборки и складки начинались ближе к бокам и уходили на спину. Складки и сборки образовывались за счет клиньев и прямых полос ткани. На портретах гребенских казачек, запечатленных Г.Г. Гагарина изображены бешметы с отрезной юбкой. Полы юбки бешмета в отличие от платьев горянок шились с запахом, то есть одна пола заходила за другую. (Полы юбок нарядов горянок расходились в разные стороны). В целом, покрой бешмета мамуки был похож на покрой мужской черкески, но шился из нарядных тканей и умело декорировался мастерицами. Со спины на юбке бешмета имелись разрезы как у черкески, которые скреплялись между собой узором из галунной ленты. Две складки над ними были вывернуты наоборот как у мужских черкесок, вероятно для фиксации пояса. Рукава бешметов были прямые длинные с отворотами или широкие трапецевидные с косым краем. Одежда такого покроя подчеркивала стройность и красоту фигуры.

портрет Федюшкиной

Рис. 5 Казачка станицы Червленой Аксинья Федюшкина, худ. Г.Г. Гагарин,1842 г. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Праздничные бешметы обшивали узким галуном по краям ворота, юбки, по подолу и рукавам, иногда делая из него узор с петлями или трилистником. Застежками для бешмета служили «азиатские» петли от 6 до 10 пар разной величины и формы, обычно серебряные, реже позолоченные  с чернью, медные или проволочные.[11] Петли предварительно нашивались на бархат, плис или красный козловый сафьян, обшитый туго серебряным галуном, потом пришивались к бешмету[12]. Петли были классической формы кавказских застежек, либо по форме фигуры «огурец». На некоторых фотографиях гребеничек конца XIX –начала XX веков встречается шнуровка металлической цепочкой вместо застежек. Для шнуровки по бортам бешмета пробивались дырки с металлическими кольцами, в которые продевалась цепочка.

На дорогие бешметы надевали серебряный галунный пояс по кавказской моде. На шею вешали янтарные, коралловые и другие бусы с припайкою к ним серебряных монет («припойки»); цепочки серебряные, старинные с большим восьмиконечным крестом. В ушах носили старинные серебряные с чернью серьги, а позже и европейской работы[13].

Лансере

Рис. 6 Е.Е. Лансере. Портрет казачки станицы Старогладковской Елены Тамазиной.1928 г. Бумага, гуашь, темпера. Государственный музей Л.Н. Толстого

Будничную одежду казачек составляли рубахи из ситца, «запоны» («фартух») и фуфайки из простой, но плотной материи. Повседневные бешметы не украшали металлическими петлями и поясом.

Цвета бешметов и фуфаек предпочитали из практичных соображений чёрный, но носили также голубого, коричневого и иногда зелёного и других цветов. Замуж невест у гребенцев отдавали в алой атласной рубахе, отделанной кружевом и в бешмете синего или черного цвета[14].

Зимой носили «душейки» — стеганые на вате кафтанчики на полчетверти ниже пояса с треугольным вырезом на груди[15]. Шубы шились из меха преимущественно беличьего и кошачьего, а также из бараньих лапок (назывались лапчатыми). Верх шубы был атласным или шерстяным. Вокруг груди и подола шуба опушалась мехом речной выдры. Кроилась она также в талию и застегивалась серебряными петлями[16].

Головной убор является неотъемлемой частью народного костюма. Женский головной убор замужней женщины предполагал полное покрытие головы, допускалось открывать только височную область головы, на которой обычно свисали «букли»[17].

гребеничка в шубе

Рис. 7. Гребенская казачка в шубе. Фото из частной коллекции.

Головной убор гребенской казачки по мнению Ф.С. Гребенца, представляет из себя смесь головного убора женщин Рязанской губернии, армянок и грузинок. [18]

Замужние казачки заплетали на голове 2 косы и укладывали их на темени. На висках оставляются «букли». На косы одевался «подкосник» («подкосок» или «кокошник»[19]). «Подкосник» делался из деревянной палочки по длине лба, которая обтягивалась ватой и обшивалась ситцем; затем из ваты скручивался полукруг, который также обшивался ситцем. Обе эти части скрепляли вместе так, чтобы образовывался полукруг. Полукруг одевается к затылку, а прямой палочкой  ко лбу.  Косы с «подкосником»  подвязывали «сорочкой» (род очипка), поверх которой «стагаш» — шелковый алый, кашемировый или ситцевый платок, концы которого завязываются на затылке. Последним  одевали «ширинку» — большой батистовый или шелковый платок с загибкой по середине («сгибкой»), которая делалась зубами, но чаще утюгом по центру свернутого угол с углом платка[20]. Платок также завязывали на русский манер под подбородком[21]. Вся конструкция описанного головного убора значительно увеличивала размеры головы и придавала ей немного квадратный вид.

гребеничка фото из музея кунтскамеры

Рис. 8 Портрет гребенской казачки. конец XIX — начало XX вв. Собиратель — Институт русской литературы РАН (Пушкинский дом).

Девушки заплетали одну косу, которая опускалась до талии, сразу на волосы повязывали «стагаш» (или «стягаш»), поверх которого одевали «ширинка» или платок как у замужних женщин[22].

Перед венчанием гребенской невесте заплетали одну косу. В некоторых станицах невеста к венцу ехала с непокрытой головой, в других лицо прикрывалось фатой. Сваха перед самым венчанием переплетала ей волосы и делала женскую прическу и одевала головной убор замужней казачки, после чего о невесте говорили «преобразилась в бабу»[23]. Этот обряд символизирует превращение девушки в замужнюю женщину. К концу XIX века в моду вошел свадебный головной убор в виде восковых цветов и фаты.

Головной убор гребенских казачек действительно имеет не мало общего с головным убором женщин Рязанской губернии.

Замужние рязанские женщины носили многослойные головные уборы, состоящие из нескольких частей. В повойник рязанских женщин также вшивалась деревянная палочка. Головной кумачевый платок по типу «стягаша» завязывался на затылке. Платок, покрывающий голову сверху  именовался «ширинкой».

Супружеская пара Озеровых (крестьяне Кривополянской пригородной слободы)

Рис. 9. Супружеская пара Озеровых. Рязанская губерния. Фото из семейного архива Озеровых.

Обували казачки сапоги, татарские туфли или чувяки («чевяки») [24], сафьяновые черевики местной работы. Зимой носили синие шерстяные чулки с красными стрелками, а в остальное время — белые нитяные; черевики и ботинки носят местной работы из сафьяна, носят и привозные из Москвы прюнелевые[25].

Казачки станиц горско-моздокского отдела одевались по «гребенской моде». Наурские казачки одевали бешметы с широкими рукавами с отворотами, из-под которых выглядывали еще более широкие рукава рубах[26]. Бешметы казачек станицы Ищерская  не совсем были похожи на те, которые носили гребенички, кроились короткими и узкими, имели всего 2 складки по бокам, которые назывались «фантами». Рукава ищерских бешметов были узкими и имели отвороты из других тканей на верхней части, называемые «заковражками». Рубахи шились с узкими рукавами и манжетами. Головной убор ищерской казачки состоял из шлычки вроде чепца и повязки[27].

Таким образом, комплекс одежды гребенских казачек в своей основе вероятно был южнорусским, однако бешмет (и фуфайка) с треугольным вырезом на груди и кавказскими украшениями придавали ему сходство с одеждой местных женщин.

Молодожены Малаевы Семен и Зинаида (Янхотова)

Рис. 10 Фото молодоженов Малаевых. Ст. Червленая.

К концу 19 века казачки стали одеваться по европейской моде. В традиционные костюмы наряжались только по праздникам. Однако неизменной осталась любовь мамук к кавказским украшениям и припойкам, которые они умело сочетали с новой одеждой.

 

«В последнее время костюм начинает сильно видоизменяться, особенно в обыденной жизни. Начинают появляться кофты, юбки и т. д. Только во время праздников женщины одеваются в свои прежние костюмы. Старухи весьма неодобрительно относятся к этим новшествам и видят в этом падение нравственности.»[28]

 

 

повойник Рязанская губ

Рис. 11. Повойник. Рязанская губерния. Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник.

 

ширинка

Рис. 12. Головной убор «ширинка». Рязанская губерния. Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник

 

костюм по образцу одежды гребенской казачки из Российского этнографического музея

Рис. 13. Современное исполнение одежды гребенской казачки по мотивам костюма из Российского этнографического музея. Автор Варвара Зенина. На фото Анастасия Василенко.

Использованная литература:

Станица Бороздинская, Терской области, Кизлярского Округа. — Е. Бутова  СОПМК. выпуск 7. 1889 г

Станица Ищерская. – Е. Бутова и Лысенко 1893. СОПМК. Выпуск 16. 1893 год.

Станица Наурская, Терской области. П. А. Востриков 1904

Новогладковская станица в ея прошлом и настоящем. Ф.С.Гребенец СОПМК выпуск 44. 1915 год

Терцы. А.А. Ржевуский 1888

Из быта Гребенских казаков. Ф.С.Гребенец, СОПМК. Выпуск 40. 1909 г.

Малявкин Г. Станица Червленая. «Этнографическое обозрение». 1891, №50

Лебедева Н. И. Материалы по народному костюму Рязанской губернии. // Научные труды. Т. 1. Рязанский этнографический вестник. Рязань, 1996

Ткачёв Г. А. Станица Червлённая. Исторический очерк. Вып. 1. — Владикавказ, 1912

Собрание рукописей Г. Ф. Миллера (ЦГАДА) «Описание гребенских казаков» XVIII в. // Исторический архив, № 5. 1958

 

 Сноски:

[1] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[2] Ткачёв Г. А. Станица Червлённая. Исторический очерк. Вып. 1. — Владикавказ, 1912.

[3] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[4] Малявкин Г. Станица Червленая. «Этнографическое обозрение». 1891, №50

[5] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[6] Станица Бороздинская, Терской области, Кизлярского Округа. — Учительницы Бороздинского станичного училища, Е. Бутовой СОПМК. выпуск 7. 1889 г.

[7] Собрание рукописей Г. Ф. Миллера (ЦГАДА) «Описание гребенских казаков» XVIII в. // Исторический архив, № 5. 1958

[8] Лебедева Н. И. Материалы по народному костюму Рязанской губернии. // Научные труды. Т. 1. Рязанский этнографический вестник. Рязань, 1996

[9] Караулов Михаил Александрович Материалы для этнографии Терской области. Говор Гребенских казаков. – 1902. – 114

[10] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[11] Там же

[12] Новогладковская станица в ея прошлом и настоящем. Ф.С.Гребенец СОПМК выпуск 44. 1915 год

[13] Там же

[14] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[15] Станица Бороздинская, Терской области, Кизлярского Округа. — Учительницы Бороздинского станичного училища, Е. Бутовой СОПМК. выпуск 15. 1889 г.

[16] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[17] Из быта Гребенских казаков. Ф.С.Гребенец, СОПМК. Выпуск 40. 1909 г

[18] Новогладковская станица в ея прошлом и настоящем. Ф.С.Гребенец СОПМК выпуск 44. 1915 год

[19] Из быта Гребенских казаков. Ф.С.Гребенец, СОПМК. Выпуск 40. 1909 г.

[20] Станица Бороздинская, Терской области, Кизлярского Округа. — Учительницы Бороздинского станичного училища, Е. Бутова СОПМК. выпуск 7. 1889 г.

[21] Малявкин Г. Станица Червленая. «Этнографическое обозрение». 1891, №50

[22] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[23] Из быта Гребенских казаков. Ф.С.Гребенец, СОПМК. Выпуск 40. 1909 год

[24] Станица Бороздинская, Терской области, Кизлярского Округа. — Е. Бутова  СОПМК. выпуск 7. 1889 г

[25] Терцы. А.А. Ржевуский 1888

[26] Станица Наурская, Терской области. П. А. Востриков, СОПМК. Выпуск 33. 1904год

[27] Станица Ищерская. – Е. Бутова и Лысенко 1893. СОПМК. Выпуск 16. 1893 год.

[28] Малявкин Г. Станица Червленая. «Этнографическое обозрение». 1891, №50

Н.А. ВЛАСКИНА. КУРГАНЫ В КУЛЬТУРНОМ ЛАНДШАФТЕ ДОНСКИХ КАЗАКОВ (ПО ДАННЫМ ТОПОНИМИКИ)

фото А.Кошманова

фото А.Кошманова

Подкурганные захоронения оставались типичными для населения южнорусской степи начиная с III-го тысячелетия до н.э. вплоть до XIII–XIV вв. н.э. Количество курганов, возведенных разными племенами на Юге России, исчисляется тысячами. Такая яркая особенность культурного ландшафта не могла не отразиться в языке и мифологических представлениях жителей данной территории 1.

В настоящей статье будут рассмотрены наименования курганов на территории проживания донских казаков – в Приазовье и бассейне реки Дон в границах бывшей Области войска Донского, а также охарактеризованы основные символические бинарные оппозиции, релевантные для образа кургана в духовной культуре донских казаков, реконструируемые на основании анализа топонимических данных.

Материалом для исследования послужили статьи по истории станиц и хуторов в Приазовье, по Дону, Хопру и Медведице, опубликованные Иваном Сулиным в «Донских епархиальных ведомостях» с 1889 по 1894 г., включающие «названия местностей», в числе которых регулярно упоминаются курганы, и рукописи 2 томов (А–Б; К) «Топонимического словаря Дона и Приазовья» (авторы: Дегтярев В.И., Магин В.П., Проценко Б.Н. Ростов-на-Дону, 1994), хранящихся в архиве кафедры общего и сравнительного языкознания факультета филологии и журналистики ЮФУ.

При осмыслении таких объектов природного и культурного ландшафта, как курганы, оказывается значимым целый ряд символических характеристик. В топонимических материалах получают отражение следующие из них: 1) курган, как правило, насыпается над погребением, соответственно, оказывается связанным со сферой смерти, «тем светом», предками; 2) будучи искусственной возвышенностью в степном ландшафте, он наделяется символическими характеристиками верха в рамках оппозиции верх / низ; 3) в оппозиции свой / чужой может быть отнесен или к одному, или к другому полюсу. Формирование культурных смыслов в народных представлениях может происходить с опорой на один или несколько приведенных признаков. Рассмотрим каждую категорию подробнее.

  1. Курганы как надмогильные сооружения. В диалекте и народных названиях курганов получает отражение тот факт, что курган является насыпью, искусственно возведенной над погребением. В донских говорах курганы могут называться словом могилки (БТСДК: 284), однокоренная лексема входит в состав целого ряда оронимов, называющих курганы: Большая могила, Брилястая могила, Картушинские могилы, Моськина могила, об актуализации данного смысла при наименовании курганов свидетельствует также топоним Кладбищенские курганы. Представления о том, что курганы связаны с мифическими или реальными предками, нашли отражение в топонимах Дед, Букиновый дед, Родительской, Родительская гора. Предания запечатлели практику устройства казаками кладбищ на курганах: на Родительской горе хоронили умерших в старом Правоторовском городке; Пундиков курган близ ст. Луковской был назван так, потому что на нем хоронили членов семьи Пундиковых. Осмысление кургана как локуса, связанного с предками, объясняет факт называния словами курганы, бугры покинутых жителями поселений.
  2. Курганы как тип возвышенности. Территория Дона практически целиком находится в степной ландшафтной зоне, характеризующейся большими открытыми пространствами. В подобных природных условиях любая возвышенность, в числе которых оказываются и курганы, привлекает к себе внимание и может наделяться особым символическим статусом.

На основании анализа топонимических данных можно говорить о том, что наименования курганов и других типов возвышенностей формируют единый синонимический ряд. Названия курганов могут включать апеллятивы бугор, гора, кучугуры (песчаные холмы), круча и производные некоторых из приведенных наименований: Бугры, Воинский бугор, Колесников бугор, бугор Орлов, Черкесский бугор, Бугоровый курган; Князевая гора, Костины горы, Маяцкая гора, Служивская гора, Родительская гора, Кучугуры, Белая круча, Качкарные курганы.

Представление о том, что курганы представляют собой возвышенность искусственного происхождения, обусловило возникновение в говорах Верхнего Дона значения «курган» у лексемы стог, которая в литературном языке называет «кучу плотно уложенного сена, соломы» (ССРЛЯ, 14: 902). Это значение получает закрепление в топонимике, в наименованиях курганов  Стоговой, Большой стог.

Восприятие кургана как сакрального верха обусловливает тот факт, что он представляется местом обитания птиц. Об этом свидетельствуют, в частности, данные донских говоров: степной орел именуется курганником (СДГВО: 285) и топонимики: Балабаний курган (от балабан – белый орел).

  1. Курганы – сторожевые пункты. В течение длительного времени земли Войска Донского находились на периферии Российской территории, казаки должны были оборонять границы от внешних врагов: турок, татар, ногайцев и др. При планировке поселений казаки учитывали особенности местного ландшафта и использовали его преимущества. Курганы использовались ими как сторожевые посты, наблюдательные пункты, поскольку с некоторых открывался обзор на значительные расстояния (до 30–40 верст [Савельев 1930: 8]). Данные топонимики подтверждают типичность такой практики. Курганы носят названия: Караул, Караулы, Караульный и Караульные, Два караула, Три караула, Пять караулов, Острый караул, Маяк, Большой и Малый Маяки, Маячек,

 (с. 220)

Мояцкие, Семимаячный, Хорошевский маяк, Сторожевой курган, Форпостный, Казачий редут.

В топонимических преданиях функцией наблюдательного пункта наделяются как курганы с приведенными выше названиями, так и курганы, поименованные по какому-либо другому признаку (Бык, Ермаковский, Кашав и др.). Регулярность подобного использования курганов и устойчивость соответствующих нарративов приводили к тому, что некоторые исследователи предлагали различать сторожевые курганы, специально насыпавшиеся и использовавшиеся как наблюдательные пункты, и курганы-могильники. Однако, по мнению археологов, подобное использование курганов было вторичным по отношению к сооружению надмогильных насыпей. Поскольку типичным было возведение курганов на водоразделах – возвышенностях, разделяющих смежные бассейны рек или морей, – часто создавалось ощущение, что они выстроены в одну линию и созданы специально для оповещения2.

Возможно, именно наличие курганных групп повлияло на продуктивность семантической модели семейных отношений при номинации курганов. На территории Области войска Донского представлены курганы Братья, Братякин, Братякины, Братякиный, Два брата, Три брата, Четыре брата, Пятибратний, Семибратний. Отсутствие оронимов, производных от наименований женщин, находящихся в родственных отношениях, свидетельствует о наличии ассоциативной связи между курганами и мужской сферой, что может быть объяснено отношением к охране и войне как типично мужским занятиям.

Сакральный статус курганов, обусловленный, с одной стороны, их соотнесением с верхом в символической оппозиции верх / низ, а с другой – связью с культом предков, имеет следствием то, что они выступают как локус молений, к ним устремляются крестные ходы, о чем свидетельствуют как мемораты носителей традиции, так и данные топонимики (на Дону есть Богомольный бугор,  Богомольный курган, Богомольные и Святые курганы).

  1. Представления о курганах в рамках символической оппозиции свой / чужой. Одним из продуктивных способов реконструкции представлений о курганах является их характеристика в рамках символической оппозиции свой / чужой. Релевантными оказываются, прежде всего, ее пространственный и этнический аспекты.

На самом общем уровне курганы могут быть маркированы в ландшафте как сооружения, созданные представителями других культур или находящиеся на территории, ранее принадлежавшей другим народам. Народные названия некоторых курганов являются производными от этнонимов: Татарский, Калмычкина гора, Калмыцкий курган, Мамай (мамаями в донских говорах называли татар), от названий социальных статусов представителей других народов: Мурзавецкий. Они также могут быть мотивированы названиями сооружений – легендарных или действительно располагавшихся на курганах и помещенных туда представителями народов и племен, занимавших эту территорию до казаков. Так, типично называние курганов лексемами, производными от корня Баб-: Баба, Бабачий, Бабочи, Бабий, Бабина могила, Бабинский источник, Бабской, Бабы, Каменная баба, мотивируемое тем, что на них стояли каменные изваяния; лексемами, производными от корня Мечет-: Мечетный, Малый Мечетный, Большой Мечетный, Мечеть, при параллельном бытовании топонимических преданий о татарских / турецких мечетях, некогда стоявших на курганах.

Курган может выступать и как реальная или символическая граница между двумя этносами. Согласно преданиям, близ Алитубских сторожевых курганов некогда проходила граница Черкасска; близ кургана Каяк Салган – граница между турецкими и русскими землями; курган Кобяк-Салган в период азовских походов Петра I служил пограничным знаком между Россией и Турцией в Задонье. О пограничном статусе курганов свидетельствуют тексты преданий, повествующих о конфликтах казаков и кочевников: с Авдеевых курганов татары украли невесток.

Наряду с этим в ряде текстов курган выступает как граница между своим и чужим пространством в пределах этнического своего. Подобная символика реализуется в языковых фактах, зафиксировавших обряд провожания казака на службу. Курганы на Дону называются Рубежный; Прощальный, Разлучной, Служивский, Служивская гора, Слезовой курган, Пьяный. Согласно меморатам и топонимическим преданиям, до кургана Тармесин провожали на службу казаков в х. Тормосин, до Царского – в х. Мостовском; у Пьяного кургана проходило расставание между казаками и их родственниками и последняя «гулянка» в ст. Голубинской.

Представление о кургане как реальной и символической границе отразилось также в оронимах, которые мотивированы действиями с людьми, находящимися за пределами станичного социума: преступниками, пленными: согласно преданиям, на Колесовом кургане колесовали за преступления, на Купном выкупали пленных.

Наконец, в рассматриваемой оппозиции курганы могли относиться и к полюсу своего, о чем свидетельствует многочисленность их наименований, производных от антропонимов: ряд курганов находится возле населенных пунктов с соответствующими названиями или в границах земель человека, от фамилии которого образован ороним. Наряду с этим само слово курган может служить наименованием или составной частью наименования населенного пункта: Курган (Курганы) – хутор в юрту ст. Елизаветинской; Курган Калмыцкий – городище в юрту ст. Правоторовской, Курганово – поселение в Ильинской волости Черкасского округа.

Как было отмечено выше, при символическом осмыслении курганов могли быть релевантными сразу несколько признаков. Поскольку курганы рассматривались как сооружения, возведенные представителями других народов, причем сооружения надмогильные, сложилось представление о том, что почти каждый курган скрывает в себе несметные богатства. Это отразилось в следующих топонимах: Богатые курганы, Княжной, Княжный, Княжой, Царский курганы, Князевая гора. В поисках сокровищ казаки нередко занимались нелегальными раскопками курганов, о чем свидетельствуют не только краеведческие материалы, но и такие оронимы, как Копаный, Копочки, Рытой, Разрытый, Разрытой.

Наименования курганов свидетельствуют и о некоторых важных для казачества образах и реалиях, не связанных с охарактеризованными выше группами символов. Топонимы Баранчук, Боров, Бык, Верблюд, мотивированные названиями животных, на которые внешне похож курган, дают информацию о распространенных на Дону животных, их значимости в культуре. Показательна многочисленность курганов, наименования которых

(с. 221)

мотивированы названиями лодок: Будары, Бударный, Бударка, Бударка Большая и Малая, что обусловлено актуальностью данного вида транспорта для донских казаков.

Проведенный анализ показал, что курганы являются значимым элементом донского ландшафта. Они включены в культурную модель пространства, обеспечены спектром лексических наименований и фольклорных текстов. Символические смыслы, которыми наделяются курганы в культуре донских казаков, задействуют сразу несколько «систем координат», среди которых в наибольшей мере обеспечены материалом такие оппозиции, как верх / низ, центр / периферия, свой / чужой, жизнь / смерть.

Источники материала

БТСДК – Большой толковый словарь донского казачества / Ростовский гос. ун-т; Ф-т филологии и журналистики; Каф общ. и сравнительн. языкознания. – М., 2003.

СДГВО – Словарь донских говоров Волгоградской области / Авт.-сост. Р.И. Кудряшова, Е.В. Брысина, В.И. Супрун. – Волгоград, 2011.

ССРЛЯ – Словарь современного русского литературного языка. Т. 14. Со–Сям / Под ред. Л.И. Балахоновой и Л.А. Войновой. – М.–Л., 1963.

Литература

Савельев А. Археологические очерки Дона (Лекции по краеведению). Вып. 1. Курганы и шляхи р. Маныч / А. Савельев. – Новочеркасск, 1930.

1. Статья подготовлена в рамках работы по проекту «Народная традиция донского казачества в меняющемся мире: опыт этнолингвистического словаря» Программы фундаментальных исследований Президиума РАН «Фундаментальные проблемы модернизации полиэтнического региона в условиях роста напряженности».

2.Благодарю Л.С. Ильюкова и Н.М. Власкина за предоставленную информацию.

Выходные данные первой публикации: Власкина Н.А. Курганы в культурном ландшафте донских казаков (по данным топонимики) // Язык как система и деятельность – 3: материалы Международной научной конференции. Ростов н/Д: Изд-во НМЦ «Логос», 2012. С. 219–221.

Издан сборник «Итоги фольклорно-этнографических исследований этнической культуры казачьих групп России за 2012-2013 гг. Дикаревские чтения (17)»,

5-01 (2)

В сборнике материалов Всероссийской конференции «Итоги фольклорно-этнографических исследований этнической культуры казачьих групп России за 2011-2012 гг. Дикаревские чтения (17)», которая проходила 11-13 октября 2013 года в г. Зернограде Ростовской области, представлены доклады ученых, посвященные различным аспектам истории и этнической культуры казаков.

Книга рассчитана на этнографов, фольклористов, культурологов, историков и широкий круг читателей, интересующихся казаковедческой проблематикой. dikar1995.ukoz.ru,dikar1994@rambler.ru

СОДЕРЖАНИЕ

М.В. Семенцов От составителя
ИССЛЕДОВАТЕЛИ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ
КАЗАЧЕТВА,ИСТОРИОГРАФИЯ
В.К. Чумаченко К публикации запрещенного цензурой очерка М.А. Дикарева об этнографе-собирателе П.К. Тарасевском
А.П. Скорик Выдающиеся донские ученые XIX-XX вв. и их праведные труды на благо отечества
Е.М. Белецкая Б.Н. Путилов как исследователь терского фольклора
М.А. Жигунова Памяти С.М. Андреева: настоящий мужчина, казак, патриот
Т.С. Рудиченко Из истории изучения фольклора казаков-некрасовцев

ИСТОРИЧЕСКОЕ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЕ, НАРОДНЫЕ ЗНАНИЯ

В.А. Бондарев «Культурные хлеборобы» как социальная база инновационного земледелия в казачье-крестьянских районах Юга России в 1920-х гг.»
М.В. Семенцов Программа по исследованию народной медицины кубанских казаков и методические рекомендации по ее применению

М.Б. Гимбатова Народная ветеринария у ногайцев (XIX нач. XX в.)

ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ И ЧЕРТЫ ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ У КАЗАЧЬИХ ГРУПП РОССИИ

А.В. Панкова-Козочкина Сословное самосознание отдельных групп населения на Юге России и проведение выборов большевиками в местные органы власти в течение 1920-х гг.
М.А. Жигунова Этнокультурная идентичность казачества Сибири и Северного Казахстана
В.П. Трут Казачество как этносоциальное и социально-классовое явление
С.В. Черницын Тенденции межсословных браков в Войске Донском в 1-й пол. XIX в.

ИТОГИ ФОЛЬКЛОРНО-ЭТНОГРАФИЧЕСКИХ,
ИСТОРИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ЗА 2013 ГОД

И.Х. Тхамокова Традиционное жилище терского казачества: восточнославянские традиции и влияние народов Кавказа
О.Б. Емельянов Ратные дела казачьих сотен с Терского Левобережья накануне и после сражения на речке Валерик в 1840 году
Ю.Ю. Клычников «Находился у непокорных горцев…»: побудительные мотивы предательства казаков-перебежчиков (по материалам ЦГА РСО-А)
М.А. Рыблова Православная церковь в культурных традициях донской казачьей общины
С.В. Бабич, С.Н. Рыбко Почитаемые водные источники Краснодарского края (к вопросу о церковно-государственных отношениях в 40-50-е годы XX века
А.В. Зернина Современные способы фиксации и передачи певческого репертуара (по материалам экспедиций 2012–2013 гг. в Целинский район Ростовской области
Т.А. Карташова Динамические процессы в традиционной культуре донских украинцев (конец XIX–начало XXI в.)
А.В. Яровой Современные казачьи этноспортивные сотязания: опыт возрождения шермиций

 

Престольный праздник в станице Мечетинской

014

В августе на Преображение в станице Мечетинской устраивался общественный обед в честь престольного праздника. Вот как об этом пишет Михаил Харузин: «Кроме соединений отдельных лиц, бывают среди казаков пиры и празднества, в которых принимает участие вся община. В станице Мечётинской, по словам г. А.Степанова, «казаки ловят сообща рыбу в станичной речке или пруду под 6 августа, т.е. под престольный праздник станицы. Число пойманной рыбы простирается иногда тысяч до пяти и раздается всем жителям, по известной части, на каждую семью. Остаток же употребляется на общественный обед, делаемый в честь престольного праздника в пользу бедных людей, проходящих странников и другого иногороднего люда. На этот общественный обед каждый житель, по собственному желанию, несет, кто что может. По окончании молебна в станичном доме станичные правители приглашают священнослужителей к закуске, а потом также приглашается к обеду на отдельный стол каждый из проходящих, который может быть, не имеет куска хлеба и копейки денег».

В престольный праздник казаки устраивали между собой различного рода состязания, рубили шашкой, метали дротики, стреляли в разного рода мишени, боролись, ходили на кулачки.

24 августа в станице Мечетинской в память о былой традиции, которая пресеклась, в связи с уничтожением храма, казаки станицы Мечетинской соберутся на старинном бойном месте на берегу реки Мечётки. Казаки разных возрастов будут состязаться в рубке, стрельбе, борьбе, будут «шармовать» на шашках и пиках. Мероприятие начнется в 16.00, будет обряд посажения, обучение казаков и казачат, рубка воды и лозы, игра в айданчики, стрельба «в поплавок» и другое. Местный музей планирует организовать выставку старинной казачьей одежды и предметов быта.

В рамках этого праздника будет проведен семинар по обучению рубке и фехтованию традиционным казачьим оружием ( проводит президент Федерации шермиций А.В. Яровой). Федерация шермиций приглашает всех желающих казаков принять участие в чествовании старинного обычая и памяти предков.

 

Итоги национальных казачьих игр — Шермиции — 2014.

9cTH6tfzPyA

Вот и прошли наши очередные национальные казачьи игры – шермиции. Теперь можно и подумать, поразмыслить, что-то изменить, на что-то обратить большее внимание… и понять главное – щермиции становятся институтом социализации для казаков, демонстрацией ими своего умения обращаться с традиционным оружием, да и чалбой и чиначком…
17 мая 2014 года состоялись Национальные казачьи игры – шермиции, в которых приняли участие казаки Дона, Яика, Кубани, Терека… Накануне участники шермиций получили Приветственный адрес от атамана и казаков Конгресса Казаков в Америке, в котором отмечалось: «Радостно за Вас казаки так как своим примером вы показываете всему роду казачьему, что есть воспитание казака. Как неотъемлемая часть традиций нашего Народа, Ваша забота о молодом поколении продолжает жить всей полнотой в наше трудное время…»

Перед началом игр маленькие казачата бросились ловить ящерку, ту самую, которая улизнула от наших казаков из рук во времена достопамятные… Поймал ее казачонок хутора Потапова Романовской станицы Кудеев Алексей. Старики долго рассматривали эту ящерку, письмена на ее спине и решили, что письмена есть, правда прочитать их, умельцев нет, а игры можно начинать. Казачонку выдали памятную награду, чтобы запомнилась ему эта ящерка….

ящерка

10403546_698971073501011_2340555172670831851_n
Шествие казаков во главе со священником, кубанским казаком, о.Александром Назаренко прошло от лагеря к поляне перед часовней. Ансамбль «Дон Батюшка» (г.Ростов-на-Дону) исполнил гимн Всевеликого Войска Донского.

K8kQuq5zT0U
Священник отслужил молебен и совершил чин освящения оружия казаков. В своем обращении к казакам о. Александр отметил важность исповедания православной веры для сохранения своей национальной идентичности.

DSC_8007.jpg-1
После этого началась словесность, проведение которой возглавили яицкий казак Е.В. Владимиров и донской казак Грушевской станицы Дмитрий Попов, им помогали судьи бойных мест казак хутора Керчик-Савров Кочетовской станицы Пьяных Андрей, казак станицы Верхней г. Новочеркасска Сергей Покотилов, казак Мечетинского юрта Денис Чернов, казак х.Потапова Романовской станицы Николай Скакунов, донской казак Алексей Резанов…

DSC_7945.jpg-1

DSC_7953.jpg-1

DSC_7946.jpg-1На поляне проходил обряд посажения на коня, руководство которым осуществлял донской казак Александр Михайлов, помогал ему уральский казак Алексей Ставкин.

DSC_8051.jpg-1

Состязания проходили на шести бойных местах. На них состязались в фехтовании на шашках и пиках, метали дротики, стреляли из лука, боролись на ломка, бились на кулачки, рубили одиночные мишени и полосу из мишеней. На отдельной площадке проводил обучение и состязания для самых маленьких казачат до 9 лет казак г. Волгограда Андрей Сандалов, в прошлом участник известного ансамбля казачьей песни «Станица», ныне руководитель народного фольклорно-этнографического ансамбля «Покров» Волгоградского социально-педагогического университета, правнук полного Георгиевского кавалера, вахмистра Алексея Сандалова.

10342958_698970946834357_3171353847112384264_n

Под его руководством казачата изучали казачье оружие, учились держать шашку, рубили воду, играли в казачьи игры, боролись, стреляли из лука.

IMG_4747

IMG_4744

wyf7ySC2ofw

IMG_4830

IMG_4804

DSC_8117.jpg-1

DSC_8001.jpg-1

DSC_7997.jpg-1

DSC_7980.jpg-1

DSC_7963.jpg-1

DSC_7974.jpg-1

DSC_7975.jpg-1

DSC_7969.jpg-1

DSC_7989.jpg-1
По итогам состязаний до 9 лет были отмечены следующие участники:
Арбузов Степан – 1 место
Гавриленков Степан – 2 место
Физикаш Артем – 3 место
Остальные казачата получили грамоты и призы участников шермиций – Власко В., Назаров И., Терехин Я., Голубинский М., Гоценко С., Фомин С., Диденко Д., Чирский В., Ильинов Т., Бондаренко С.
В возрастной группе 10-12 лет наибольшее количество побед одержали:
1 место Новиков Сергей хутор Потапов Романовского юрта;
2 место. Ежков Дмитрий хутор Рябичёв Романовского юрта
3 место. Кудеев Алексей хутор Потапов Романовского юрта.
Среди казаков возрастной группы 13-14 лет:
1 место Шматко Игорь Зимовниковского юрта
2 место. Кутильвасов Кирилл х.Рябичёв Романовского юрта
3 место. место Кардач Андрей х.Рябичёв Романовского юрта.
Среди казаков возрастной группы 15-17 лет.
1 место Романчук Иван хутор Потапов Романовского юрта
2 место Маркин Илья хутор Потапов Романовского юрта
3 место Колесников В. Зимовниковский юрт.
Среди казаков 18-20 лет
1 место Показиев Иван станица Мечётинская
2 место Подборный Игорь хутор Потапов Романовский юрт
3 место Кривощеков станица Средняя г.Новочеркасска
Среди казаков 20-40 лет
1 место Чернов Денис хутор Клюев Мечетинской станицы.
2 место Ставкин Алексей Яицкое казачье войско
3 место Пьяных Андрей хутор Керчик-Савров Кочетовской станицы.

Организаторы и участники Шермиций выражают благодарность за активное участие и помощь в проведении игр Дмитрию Грызлову, Виталию Соловьеву, Алексею Ступину, Юрию Рязанову, Денису Третьякову, Марианне Баштовой, Наталье Пичуриной, Федору Павлюкову, Александру Боровлеву, Тарасу Шевченко, Андрею Добрынину (Прага), Андрею Пустобаеву, Евгению Владимирову, Дмитрию Попову, Ивану Василенкову, Эдуарду Ольхову, Петру Головкову, Виталию Кольцову, Тимуру Оккерту, атаману Черкасского округа И.А. Капустину, Денису Зубкову, главе администрации Старочеркасска Е. Галицыну, Борисановым Петру и Дмитрию (Казачья Гамазея г.Волгоград).

Домашние игры на престольный праздник в станице Мечетинской

049
Престольный праздник святого великомученика Георгия Победоносца в станице Мечетинской станичники отпраздновали 10 мая проведением традиционных для казаков домашних игр – шермиций. Организацией игр занималось Мечётинское отделение Федерации казачьих воинских искусств шермиций (руководитель отделения В.И. Показиев) и администрация Зерноградского района. На правом берегу реки Мечётки было устроено бойное место для состязаний, на котором расположились полосы и мишени для рубки шашкой, площадки для фехтования на шашках и пиках, для метания дротиков, был расстелен ковер для борьбы на ломка и кулачного боя.

007
Шермиции – это примерные упражнения с оружием, которые донские казаки приурочивали к разным календарным праздникам, состязаясь в скачке на мишень, во владении оружием и конем, устраивали рукопашные состязания. Большинство состязаний, которые развернулись на бойном месте, воссоздавались по этнографическим экспедиционным записям, которые проводились в самой станице Мечетинской, в конце прошлого века. Одни из них дожили до наших дней в виде детских игр, другие уже находились в области стариковской памяти.

011
Под сенью деревьев была развернута выставка материальной культуры казаков станицы Мечетинской, в которой приняли участие Районный историко-краеведческий музей (руководитель Бережная Л.И.), Мечетинская библиотека семейного чтения (директор Лихобаба Т.Н.), музей Мечетинской средней школы (Звонарева А., Коваленко Н.А.). Жители станицы ознакомились со старинными названиями предметов быта донских казаков, с орудиями труда и традиционным оружием, праздничными состязаниями, которые были в станице Мечетинской, увидели фотографии «Из истории казачьей станицы Мечётинской», многие смогли сами подержать в руках кинжалы, шашки, примерить элементы казачьей справы и даже сфотографироваться с ними.

014
Игры начались с молебна, который провел иерей местного прихода о.Сергий (Юркин). Казаки реестрового казачьего общества пропели гимн Всевеликого Войска Донского. На играх станичники услышали легенды о происхождении донских казаков, их обычаях, могли наблюдать обряд посажения казачонка на коня, в котором отец посадил в седло представителя старинного казачьего рода Сухарева Константина, повесил на него шашку – символ крепости рода и провел по кругу коня, перед собравшимися стариками и станичниками. Старики: Желтобрюхов Н., Крыжнов А., Гусаков А. благословили казачонка, сказав ему в «Добрый час!» Еще одним родовым казаком в станице стало больше.

017
Сценки из казачьей жизни представил народный театр СДК (руководитель и участник Батанкин В.А.). Старинные казачьи песни играла женская вокальная группа СДК (руководитель Пысларь С.А., баянист Володин С.Е.). Гостей и участников состязаний приветствовали казачата школьного казачьего ансамбля Мечетинской школы, которые рассказывали стихи, танцевали и пели казачьи песни (ответ. Демьяненко О.И.), казачьи посиделки организовала Земцева Е.В.

044
С приветственным словом к станичникам обратился руководитель Федерации шермиций Яровой А.В., который рассказал о цели игр, их важности для сохранении мировоззрения и этнодвигательности донских казаков, и пригласил всех желающих на бойное место, для состязаний в ловкости, удали и силе.

getImage
Затем начались шермиции – примерные бои с оружием. Казаки разных возрастов рубили мишени в полосе, метали дротики, рубили трудные для рубки мишени, фехтовали на шашках и дротиках. Маленькие казачата впервые попробовали рубить шашкой воду, которую им пускали из глечика. В конце состязаний казаки играли в «Царя», боролись на ломка и бились на кулачки. Победители получали орешки в качестве приза.

055

059

043

1getImage

1111

064

065

Христос Воскресе!

Пасха

ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Дорогие наши казаки и казачки, все православные христиане! Примите наши сердечные поздравления со Светлым праздником Пасхи Господней и самые теплые, искренние и душевные пожелания! Пусть в семьях ваших, в ваших хуторах, станицах и городах царит мир, благополучие и процветание! Любите друг друга, цените друг друга, помогайте друг другу! Мы все такие разные, мы разделены границами, разбросаны по всему миру, но «тайной музыкой казачьих рек, и песнями ветров над ними, мы крещены из века в век, из рода в род мы рождены родными». Очень печально наблюдать, как в последнее время в СМИ и соответственно в массовом сознании людей, как в России, так и за ее пределами, множатся избитые штампы и клише о казаках, как о неких универсальных солдатах, цепных псах политического режима, только и способных на то, чтобы служить, или прислуживать, бить, колоть, рубить и т.д. и т.п. Да, воинское искусство наших великих предков, их боевой дух, их немеркнущая в веках ратная слава известны и памятны всему миру. Но, как представители Федерации казачьих воинских искусств, как бы это пародоксально не звучало, мы против милитаризации образа нашего народа в сознании людей всего мира! Наше национальное боевое искусство, естественно, является жемчужиной в ожерелье всего комплекса традиционной казачьей культуры, оно помогает воспроизводить национальную идентичность, делает нас сопричастными уникальному культурному наследию наших предков, кует характер, закаляет дух. Но, все эти ценные производные можно и должно использовать и в мирной жизни. Выдающиеся проявления силы воли, крепости духа и твердости характера, и, как следствие, достижение успеха, победы, необходимы во всех сферах человеческой деятельности. Мы приветствуем казаков врачей, учителей, художников, музыкантов, поэтов, казаков-представителей всех мирных профессий! Пусть в 21 веке слава о победе национального казачьего духа на этих фронтах не сходит с новостных лент СМИ всего мира! «А если кто думал — народ их убит, напрасно! Господь казаков воскресит. И в мирном труде, не в кровавом бою, Державу Казачью построят свою». ВОИСТИНУ ВОСКРЕСЕ ХРИСТОС!

Положение о проведении майских шермиций 2014

2

1. ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ШЕРМИЦИЙ

 Культура донских казаков является неотъемлемой частью общечеловеческой культуры. Уникальным явление казачьей культуры выступают шермиции – широкомасштабные состязания, часто устраивавшиеся по различным поводам: календарным праздникам, проводам и возвращению из похода, свадьбам, военно-траурным обрядам. В духовной культуре казаков шермиции («домашние игры») занимают особое место: они выступают механизмом трансляции культурного опыта, устанавливают межпоколенные связи, и выражают собой различные формы адаптивно-упреждающего поведения. Шермиции демонстрировали военную выучку и дух казаков. В этих своеобразно и красочно обставленных обрядах и обрядовых играх отрабатывались многие элементы техники и тактики ведения боев, в них народ демонстрировал жизнестойкость и жизнеутверждающее начало, выявлял лучших и достойных, вырабатывал образцы поведения для подражания. Слово «шермиции» означает состязания с оружием, воинские упражнения на праздниках. Сегодня этим словом обозначаются все этноспортивные мероприятия казаков имеющие обрядовый характер.

В настоящее время шермиции являются эталоном традиционной воинской культуры казаков, включающим в себя ритуальную часть, связанную с поминовением и чествованием предков, со старинными воинскими обрядами, традиционными играми и состязаниями. Шермиции помогают сохранить исторические корни, ценности и традиции казаков. Праздник шермиций на которые приезжают представители различных национальностей и других этнических групп казаков являет пример культурного общения, толерантности и взаимообогащения народов.

Цели и задачи игр:

— возрождение, сохранение и популяризация традиционных игр казаков в местах их компактного проживания;

— возрождение и сохранение народных праздников и обрядов донских, кубанских, терских и уральских казаков;

— создание условий для сохранения этнодвигательности и этнической культуры казаков;

— воспитание подрастающего поколения и молодежи на основе многовековых народных традиций казаков;

— пропаганда физической культуры и этноспорта, привлечение  населения  к здоровому образу жизни;

— сплочение граждан на основе интереса к познанию национальных и самобытных традиций и обычаев своего и других народов, воспитание  чувства национального достоинства, социальной справедливости, патриотизма и ответственности за судьбу страны;

— сохранение культурного наследия народов Юга России, развитие единого культурного пространства и укрепления культурных связей между субъектами Российской Федерации, демонстрация общности и богатства духовной культуры различных этнических групп казаков;

— нормализация общественно-политической ситуации в субъектах Российской Федерации, входящих в Северо-Кавказский федеральный округ.

 2.  ОРГАНИЗАТОРЫ СОРЕВНОВАНИЙ

Федерация казачьих воинских искусств «Шермиции»

3. МЕСТО И СРОКИ ПРОВЕДЕНИЯ

 «Шермиции-2014» проходят 16-18 мая в Ростовской области, Аксайском районе, на Монастырском урочище «Камплица» 7 км. Западнее станицы Старочеркасской. Начало игр в 10.00. ч. 17 мая. Команды и участники съезжаются накануне 16 мая во второй половине дня.

 4. ТРЕБОВАНИЯ К УЧАСТНИКАМ И УСЛОВИЯ ИХ ДОПУСКА

 Допуском к шермициям является «Словесность», которая представляет собой экзамен на знание: своих родовых корней; легенд и фольклора той местности, рожаком которой участник является; умения играть казачьи песни и исполнять казачий танец, умения владеть традиционным казачьим оружием – кинжалом, пикой и шашкой.

На соревнования участники прибывают в своем традиционном костюме, указывающем на принадлежность участника к той или иной этнической группе казаков.

Допуск к соревнованиям осуществляется на основании письменной заявки организации, заверенной врачом, документов удостоверяющих личность и спортивной страховки.

 5. ВОЗРАСТНЫЕ ГРУППЫ

 Возрастные группы традиционные: казачата, кужата, малолетки, казаки, старики.

 6. ПРОГРАММА ШЕРМИЦИЙ

 16.05. 2014. Заезд участников шермиций, организационные мероприятия: выбор и утверждение судей, семинар, утверждение регламента и списков участников.

  17.05.2014. Основные мероприятия, включающие в себя обрядовую часть и состязательную. Состязательная часть состоит из соревнований на коне и в пешем виде, как индивидуально, так и коллективно. Состязания включают в себя

— фехтование на шашках;

— фехтование на пиках;

— рубка одиночных мишеней;

— рубка полосы;

— традиционные забавы и состязания казаков: метание, айданы, стрельба из лука, состязание в танце с оружием и др. для всех желающих.

Коллективные состязания: «Царь», а также борьба «на ломка» и «кулачный бой».

7. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОБЕДИТЕЛЕЙ И НАГРАЖДЕНИЕ

Система проведения соревнований – по вызову.

Победители определяются в шермициях – одержавшие большее количество побед в бое на пиках, на шашках, рубке полосы. Они получают призы в каждом возрасте 1,2, 3 место.

Отдельными грамотами отмечаются борцы в каждой возрастной группе и кулачные бойцы в каждой возрастной группе по решению судей, которые руководствуются исключительно критерием победы и стойкости в бою.

Отдельно оцениваются победители в конных ристаниях – 1,2,3 место.

Игровые виды оцениваются на основании количества побед за каждую игру. Отдельный приз получит казачонок поймавший и продемонстрировавший старикам ящерку.

8. ФИНАНСОВЫЕ УСЛОВИЯ

Оплата расходов, связанных с организацией соревнований осуществляется на средства собранные казаками-участниками шермиций.

Страхование участников обеспечивают командирующие организации.

 9. ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ УЧАСТНИКОВ И ЗРИТЕЛЕЙ

Шермиции связаны с традиционными состязаниями казаков и проводятся в местах почитания предков и погибших героев, объектах памятниках федерального значения, отвечающих требованиям соответствующих нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации и направленных на обеспечение общественного порядка и безопасности участников и зрителей.

 10. ЗАЯВКИ НА УЧАСТИЕ

Заявки  на участие в шермициях необходимо предоставить не позднее 10 апреля 2014г. по адресу: email: zadonchina@yandex.ru

 

Дикаревские чтения -18 пройдут в Ростове-на-Дону в 2014 году

Всероссийская научная конференция «Итоги фольклорно-этнографических исследований этнической культуры казачьих групп России за 2013 год. Дикаревские чтения (18)», будет проходить 31.10 – 2.11. 2014 года в г. Ростове-на-Дону в ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет» на базе Института истории и социально-политических исследований (г. Ростов-на-Дону, ул. Б. Садовая, 33).

Работа конференции будет проводиться по нескольким тематическим направлениям, ставшим уже традиционными для Дикаревских чтений:

-выдающиеся ученые – исследователи казачества, общественные и культурные деятели, политики (в том числе и создатели различных проектов и практических форм казачьей государственности); источниковедение;

-историческое природопользование, этническая экология, народные знания;

-итоги фольклорно-этнографических, исторических и этнолингвистических исследований за 2013 гг.;

-казаки и их соседи (особенности этнической культуры и истории, этнокультурные взаимовлияния и традиционные  взаимоотношения);

-этнические, этнокультурные, этноконфессиональные, этнолингвистические, территориальные особенности и черты этнической идентичности у казачьих групп России;

история повседневности, микроистория и психоистория казачьих этнических групп и их соседей;

-самосознание (этническое, сословное, национальное) и самоидентификация казачьих групп: история и современность.

По итогам Чтений планируется публикация сборника материалов конференции в конце 2014 года.

Предполагается  размещение материалов конференции на сайте «Дикаревские чтения» (dikar1995.ukoz.ru). В случае несогласия автора с размещением его доклада в интернете – просьба сообщить заблаговременно в Оргкомитет.

Контактный телефон в г. Краснодаре:  +79530867787 (Семенцов Михаил Васильевич,  Email: dikаr1994@гаmbler.ru,skype: olsim1515.

 

Оргкомитет конференции «Дикаревские чтения»